<

Логическая модель самодвижения

Просмотров: 244

сокращенный вариант

Введение

Философия диалектического материализма, как мы знаем, не относится к числу точных наук таких как: математика, физика, химия и т.д., свое предназначение она видит в выработке целостного взгляда на мир в свете единого научного метода — инструмента субъективного мышления и познания. Таким научным методом в ней является диалектическая логика, задача которой сводится не только к установлению всеобщих законов и принципов развития природы, человеческого общества и мышления, но и к тому, чтобы ликвидировать образовавшуюся пропасть между философским и естественно научным осмыслением биологической формы движения материи. Пока что ей это не удалось, не смотря на то, что логическое (априорное) мышление и объективный мир, стало быть, и биологическая форма движения материи, подчинены одним и тем же законам диалектики.

Сразу же возникает вопрос, каким именно законам и методам подчиняются субъективное мышление и объективный мир, и нужны ли они естествознанию, особенно биологии, в качестве методологической основы исследований?

Необходимость не только в диалектизации биологической формы движения материи, но и в математизации и физикализации законов диалектики, назрела давно. Такими законами диалектики являются:

  1. закон наследственности, т.е. затянувшегося до бесконечности движения, которым обозначаются, опредмечивается, изображается живое;
  2. закон развития;
  3. отрицания отрицания или исчезания отрицания закон;
  4. закон предрасположенности к единству противоположностей;
  5. закон необходимости разрешения противоречия.

Но прежде математизации и физикализации законов необходимо пересмотреть всю систему философских категорий – она далеко не безупречна.

Математизации и физикализация философских категорий – это та самая конкретизация последних, о которой поговаривали философы во второй половине прошлого столетия, но дальше этих разговоров дело так и не двигалось.

«Все течет…» – к сказанному Гераклитом не мешало, бы добавить: все не только течет и изменяется, но и имеет основу, располагающую качеством конечного.

Качеству конечного: его отрицательному отношению к себе, т.е. его движению от себя в самого себя, подвластно не только живое, но и философия как теоретическое мышление. Следовательно закон наследственности (затянувшегося до бесконечности движения, которым обозначаются, опредмечивается, изображается живое) распространяется и на нее. Но самое интересное здесь то, что в данном законе просматривается история этой науки. То, что это действительно так не трудно убедиться, вспомнив этот закон: «Отрицание единичного (в данном конкретном случае философии) располагающего качеством конечного, в единство многообразия единства противоположностей и отрицание этого единства в то самое единичное из которого оно когда-то вышло и есть затянувшийся до бесконечности процесс, если он не будет насильственно прерван». Именно отрицательное отношение к себе дифференцировало ее на противоположные формы познания истины. И начался этот процесс до Аристотеля: Секст Эмпирик сообщает нам, что «по мнению Гераклита, человек обладает двумя средствами познания истины: «чувственным восприятием и логосом» 1.

Философии, распавшейся на многие самостоятельные от себя, предстоит вернуться своими категориями в себя в каждом своем от себя, т.е. в математику, физику, химию, биологию и т.д. И этот процесс начнется с числа и его физики. «Числу же все подобно» 2, – говорили в свое время пифагорейцы. Философские категории, конкретизированные математическими и физическими величинами – это уже не те категории, которыми мыслили и оперировали древние греки, Спиноза, Гегель, К.Маркс, Ф.Энгельс, Г.Плеханов и др. философы. Как цветок не похож на плод, в котором он нашел свое продолжение, так и новая интерпретация философских категорий не будет похожа на старую. Согласно закону наследственности, цветок, а не нечто иное, отрицается в плод; устаревшая интерпретация философских категорий стоит на пороге своего отрицания в новую. И истина как жизнь, как процесс развития, складывается из двух процессов направленных друг против друга: из отрицания и отрицания (исчезания) этого отрицания. Разумеется, биологи, особенно генетики, вряд ли согласятся с данным утверждением. Ибо они, пытаясь понять сущность биологического движения материи, т.е. перехода из неорганического мира в органический, отвернулись от диалектики единства многообразия противоположностей, т.е. не видят в ней методологической основы познания истины. Правда, в этом виноваты не столько они, сколько логическая недостаточность философских категорий. От диалектики единства многообразия противоположностей и необходимости разрешения диалектического противоречия отвернулись не только биологи и генетики, но и современные философы. И вот результат этого явления: «…когда мы говорим о жизни, то допускаем первичный синтез, возможность ее проявления из неживой материи, Жизнь и живое вещество здесь не совпадают» 3. Сразу же возникает вопрос. Почему? Ответ: жизнь и живое вещество не совпадают лишь потому, что философия до сих пор не вдохнула в живое вещество диалектику затянувшегося до бесконечности процесса, которым обозначается, опредмечивается живое на всех уровнях его проявления: молекулярном, клеточном, организменном и популяционном.

На фоне такого отношения к противоположностям и диалектике их единства, живучим и актуальным оказался детский вопрос: что прежде курица или яйцо? Но здесь возникает другой вопрос: куда нам приткнуть петуха: без него яйцо – диетическое. Диетические и гены , «возникшие на заре жизни путем ауторепродукции». И все же: что прежде – курица с петухом или яйцо? А прежде – качество конечного. Его движение от себя в самого себя и качество бесконечности. Именно эти противоположности определяются и опосредуются друг через друга. Как это происходит будет описано в моей работе «Логическая модель самодвижения».

Бесконечность как процесс, начинающийся всякий раз с зародышевой формы, сохраняет себя в процессах, направленных друг против друга, т.е. отрицанием и отрицанием (исчезанием) этого отрицания.

Закон затянувшегося до бесконечности движения – не аксиома, а своего рода теорема, нуждающаяся в доказательстве, ибо у читателя, познакомившегося с ним, сразу же возникнут два вопроса.

  1. Почему биологический объект, развитие которого начинается с отрицания (разрушения) однозначности, однородности его зародышевой формы и с исчезания этого отрицания: т.е. возвращения в себя данной формы, но не в единственном числе, а в единстве многообразия?
  2. Почему единство многообразия единства противоположностей, являющегося биологическим объектом, отрицается (возвращается) именно в ту зародышевую форму, из которой оно когда то вышло?

Эти вопросы терзали философов и биологов до вселения в биологию генетического кода. Но с появлением в интернете закона о наследственности, вернее, затянувшегося до бесконечности процесса эти вопросы снова появились перед нами лишь потому, что система философских категорий страдает логической незавершенностью. Но если сейчас качество конечного т.е. отрицание (разрушение) его однозначности и однородности конкретизировать цифровым вариантом, а затем данный вариант перенести в сферу закона необходимости разрешения противоречия, то сразу же возникнет вопрос: а почему, собственно говоря, биологический объект находящийся во власти закона необходимости разрешения противоречия (любви) должен перерождаться или не возвращаться в ту самую зародышевую форму из которой он постоянно выходит и в которую он с таким же постоянством возвращается? Данный вопрос нисколько не противоречит букве и духу гносеологии и логике индуктивной даже истории развития философии.

«Все течет…» ярчайшая звезда философии Гегель к сказанному Гераклитом добавил: «… все есть становление». В последнем автор увидел результат единства противоположностей (бытия и ничто). Он то и возвел его в ранг «наличного бытия», а затем, ближайшим образом, качества. Такая диалектика движения от простого к сложному, от единичного к единству многообразия не нашла своего конкретного применения в теоретизации биологической формы движения материи.

Блестящий знаток Аристотеля Б. Асмус, комментируя Аристотеля писал: «»материя,» по Армстотелю «возможность формы,» в самой природе «материи» коренится возможность принять форму, стать формой, измениться в форму». 4 Сама же форма, как мы видим, есть нечто трансцендентальное материи, т.е. идея, вымысел, проект.

Перед нами стоит вопрос совершенно иного порядка способна ли материя в одно и то же время быть не только демиургом (творцом всего существующего), но и идеей, программой, планом?

Если материю после большого взрыва рассматривать вне качества бесконечности, как это делается до сих пор, то это рассмотрение ни к чему нас не приведет, хотя все сущее запрограммировано качеством бесконечности и качеством конечного.

Качество бесконечности т.е. материи как философская категория конкретизируется движением последней от себя в самою себя. Материя (бесконечность) конкретизируется и изображается движением последней от себя в самою себя. Материя двигаясь от себя в самою себя распадается на многие от себя: становится различными конечными вещами. Бесконечность в этом движении утрачивает свою однозначность и однородность. Но через качество конечного снова возвращается в себя, но уже не в единственном числе, а во множественном. Качество конечного – это его движение от себя, вернее отрицание его однозначности и однородности; конечное отрицается для того чтобы сохранить себя: самосохранение – его цель. Во-первых, в отрицании оно не исчезает, но и не остается прежним; согласно закону тождества оно сохранило себя в различии. Теперь отрицание однородности конечного можно изобразить цифровым вариантом. Конечное, распавшись на многие от себя из сферы равенства с собой переходит в сферу тождества т.е. становится единством многообразия противоположностей ибо находится в них и является каждым из них, а они – в нем и – им, но ни одно из них не повторяется в остальных. Это его самостоятельное различное и противоположное определение и обозначение, и есть противоречие которое как единство многообразие противоположностей разрешается, вернее исчезает. В этом исчезании отрицание конечного как зародышевая форма возвращается в себя в каждом своем от себя, но не в единственном, а во множественном числе. – Всякое от себя в котором зародышевая форма вернулась в себя есть ген, ибо он располагает ее качеством: собственным движением от себя, благодаря которому отрицается его однозначность и однородность.

Качеством конечного как мы видим теперь располагает не один ген, не одна единственная зародышевая форма, единство их многообразия. Это отрицание конечного в единство многообразия противоположностей и есть дифференцирование зародышевой формы на многие специализированные формы ибо тот или иной ген отвечает только за ту структуру единства многообразия в которую он разворачивается, т.е. отрицается. Качество конечного, т.е. отрицание однозначности единства многообразия противоположностей не является затянувшимся до бесконечности процессом ибо оно в конечно итоге отрицается в единство многообразия единства противоположностей; качество конечного смыкается на этом единстве, которое отрицается в ту самую зародышевую форму из которой оно когда-то вышло, в силу необходимости своего разрешения.

В будущем данный процесс философами и биологами будет рассматриваться как сворачивание противоречия ибо он обусловлен отрицанием единства многообразия единства противоположностей в ту самую зародышевую форму из которого оно когда-то вышло. К сказанному следует добавить: отрицание этого единства, его исчезание, разрешение кратно и дискретно. Весь онтогенез биологического объекта сравним с взлетом камня брошенного вверх и его падением. Но если камень, брошенный вверх, находится во власти силы земного притяжения, то самодвижение биологического объекта как онтогенез абсолютно невозможен и не мыслим без силы отрицания (разрушения и исчезания) однородности, однозначности конечного, его разворачивание в противоречие – «источника всякого движения и жизненности» 5, и закона необходимости разрешения противоречия.

Законы диалектики, их математическая и физическая природа будет изложена в статье «Логическая модель самодвижения».

Кое-кто из философов считает, что «если в неживой природе открыты и успешно работают физические законы, то перенесение такого взгляда на живую природу или на человеческое общество не работает. С одной стороны человеческое общество развивается…, с другой какие законы лежат в основе этого развития и вообще существуют ли они – остается неясным» 6. Если законы диалектики не математизированы и не физикализированы так это не значит, что их нет и они не работают. Нет, законы диалектики есть и они работают.

Отрицание единства многообразия единства противоположностей интересно не только своей кратностью и дискретностью, но и сворачиванием «исчезание этого единства», то есть движением в обратном направлении.

Литература

  1. Антология мировой философии, том 1, Мысль, Москва, 1969 г., 278 стр.
  2. Секст Эмпирик, том 1, Мысль, Москва, 1969 г., 81 стр.
  3. Вопросы философии. № 3, Гиренок Ф. Теоретическая биология и биотехнология, Правда, Москва, 1987 г. 59 стр.
  4. Аристотель, Метафизика, т.1, стр. 32
  5. Гегль, Наука логики, том 2, стр.65, издательство Мысль.
  6. Коллендр Б.Г., Заблуждения ленинского материализма.


ЧИТАТЬ ПО ТЕМЕ:

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *