<

Эйдос как универсальный «шаблон единого языка»

Просмотров: 796

1. Эйдос

В Википедии [1] дано следующее определение эйдоса:

«Эйдос (др.-греч. εἶδος — вид, облик, образ), термин античной философии и литературы, первоначально обозначавший «видимое», «то, что видно», но постепенно получивший более глубокий смысл — «конкретная явленность абстрактного», «вещественная данность в мышлении»; в общем смысле — способ организации и/или бытия объекта. В средневековой и современной философии — категориальная структура, интерпретирующая исходную семантику какого-либо понятия».

У эйдоса как у понятия есть своя история. Но мы будем рассматривать эйдос в аспектах связанных с Платоном и его дальнейшего развития в работах Аристотеля и А.Ф. Лосева. До Платона эйдос больше отождествлялся с внешней формой, соответствующей чувственному восприятию. То есть, в ранней натурфилософии эйдос понимается почти исключительно как образ. У Платона же эйдос существенно меняется. «Теперь понимается не как внешняя, но как внутренняя форма, то есть имманентный способ бытия вещи. Кроме того, эйдос теперь обретает онтологически самостоятельный статус, формируя трансцендентный мир идей (то есть собственно мир эйдосов) как совокупность абсолютных и совершенных образцов возможных вещей» [1].

Особенностью нашего рассмотрения будет связь эйдоса с логосом. В своих трудах А.Ф. Лосев уделяет большое внимание эйдосу. Эйдос в его трудах — это мощный инструмент диалектики. Вот собственно, что пишет он в труде «Античный космос и современная наука» в главе «Определение диалектики» по поводу логоса и эйдоса:

«Во-первых, диалектика есть логос, логическое конструирование». «Во-вторых, диалектика есть логическое конструирование эйдоса». Далее он объясняет что эйдос (умный лик) увязывает все противоречия. «В-третьих, диалектика есть логическое конструирование не всех вообще возможных видов эйдоса, но эйдоса в узком смысле … его категориальной определенности». «В-четвертых, диалектика (общая и основная) есть логическая конструкция категориального эйдоса как бытия, основанного на самом себе и от самого себя зависящего». «В-пятых, диалектика (общая и основная) есть логическая конструкция категориальной структуры эйдоса как бытия, основанного на самом себе и от самого себя зависящего, причем такая конструкция обладает абсолютным универсальным характером, захватывая все мыслимые и вообразимые типы бытия, так что все не-эйдетическое и иррациональное и не логическое должно быть в вечно-неразрушимой эйдетической связи с чистым эйдосом». «Раз изучается именно эйдос, значит, изучается все». «Наконец, в-шестых, основная и общая диалектика, обрисованная выше, должна дать внутренне-эйдетически связанную систему категорий, начиная с самовозникающего и первичнейшего элемента эйдоса и кончая эйдосом как именем».

Но этого мало. А.Ф. Лосев [2] связывает эйдос со смыслообразованием:

«Эйдос есть, поэтому первое определение смысла вообще, т.е. первое полагание для него точных пределов, точных границ, в результате чего перед нами здесь и появляется первая и наиобщая структура смысла, в то время как до сих пор был только вечно бьющий источник смыслового оформления, но не самое оформление. … Мы раскрываем природу смысла. Эйдос и есть смысл».

В своем произведении «Софист» Платон дает категориальное различие частей эйдоса как нечто целого в следующей форме:

иное — тождество — бытие — покой — движение.

Позже А.Ф. Лосев заменит «иное» на «различие» (возможно, дабы не путать противопоставление дуальностей: «нечто» — «иное»). Наиболее употребительная форма категориальная форма эйдоса у А.Ф. Лосева такова:

различие — тождество — становление — ставшее — проявление.

Как мы уже видим, в категориальной форме у эйдоса есть некий «скелет», или как говорят проектировщики — «рыба» (структурный набросок). Неизменностью эйдоса, его единством остается его внутренние части (статусы), их определенный порядок и количество. У Платона этого порядка не было, его установил А.Ф. Лосев.

Характерное выражение, которое применял А.Ф. Лосев к эйдосу — это «лик»:

«Эйдос у Платона и Аристотеля – это есть видимая сущность вещи или, так сказать, лик вещи. И вот оказывается, что этот лик вещи есть не только нечто единораздельное, но и сама индивидуальность вещи, раздельность которой уже отходит на второй план. Здесь выступает на первое место именно то эйдетическое единство, которое не сводится ни на единство сплошной текучести данной вещи, ни на объединение ее свойств и качеств, ни просто на наши логические процессы обобщения».

Как мы видим из цитаты А.Ф. Лосева, эйдос обладает большим системным диапазоном, от индивидуальности до эйдетического единства. О чем это говорит в нашем современном представлении? Что эйдос (сам по себе) обладает как категорией особенноетак категорией общее. Ведь если мы смотрим на лица людей, то у всех есть глаза, лоб, губы. Но мы-то различаем их. Но когда мы говорим «различаем», то мы уже не в статике, где есть там лоб, глаза, губы, а в некой конструктивной динамике. В такой же динамике и создавались эти лоб, глаза, губы по известным всем законам, от зачатия.

Тогда мы приходим к выводу, что в процессе восприятия мы конструируем образ некими универсальными операторами Универсума. Эти операторы общие и для наблюдателя и для Универсума. Такие универсальные операторы в истории философии известны — это логика. Но, прежде чем перейти к логике и ее связи с эйдосом, отметим одну важную мысль.

Платон исходил из своей диалектической концепции устройства мира как Единого («Парменид»), поэтому эйдос, с его пятью категориями, определенным образом связан с Единым. А это значит, что в нем есть идея преемственности и оптимальности Единого. Если хотите, идея некой фундаментальной простоты, по которой действует («разговаривает» с нами) Единое. Это именно предельный «шаблон», по которому мы можем понимать друг друга и конструировать мир. Этот «шаблон» порой сильно отличается от того как мы конструируем в своем бытовом мире. Но наш бытовой мир содержит все элементы соответствующие контексту эйдоса. Поэтому «универсальный язык», которым мы общаемся друг с другом в разных областях, обязательно содержит идею эйдоса.

2. Естественный язык общения и логика

В истории развития логики были сомнения: является ли логика имманентной частью присущей Универсуму или это «продукт» психических (и биологических) возможностей человека? В споре по этому поводу, значительные разъяснения оставил Гуссерль в своих «Логических исследованиях» (особенно в первом томе), четко отделив логику от психики, называя ее «идеальной логикой». Так же как и Больцано, Гуссерль связывал логику с науковедением. Ни с чем так не связывают логику, как с мыследеятельностью и это правильно. Но сейчас с определенной уверенностью можно утверждать, что логика — это операционное пространство всего Универсума. Человек, как часть Универсума просто наделен логическими возможностями мышления наряду с «мышлением» Универсума. Чуть подробнее воззрения Гуссерля на логику изложено нами в [3].

Естественно, в этом контексте вспомнить слова Гегеля («Наука логики»):

«Логику, стало быть, следует понимать как систему чистого разума, как царство чистой мысли. Это царство есть истина, какова она без покровов, в себе и для себя самой. Можно поэтому выразиться так: это содержание есть изображение Бога, каков он в своей вечной сущности до сотворения природы и конечного духа».

Если мы утверждаем, что Универсум «мыслит» логически, то логика неизбежно связана и с языками в самом общем случае, и с языками человеческого общения — в частности. Самый большой прорыв в науке в этом направлении приписывают Л. Витгенштейну и его знаменитому «Логико-философскому трактату» (ЛФТ). Одним из исследователей его наследия в нашей стране был В.А. Суровцев, автореферат к докторской диссертации [4] и книгу [5] которого мы используем в дальнейшем изложении.

Свой автореферат В.А. Суровцев назвал «Принцип автономии логики». Все дело в том, что поиск философов основ мироздания и универсалий постоянно сводился к «внеличностному изображению мира». И в этом плане были важны поиски формальных логических основ, где вклад Л. Витгенштейна значителен. Вот как пишет Суровцев об Витгенштейне [4]:
«Никто до него не только не пытался обосновать аналитические науки из собственного источника, т.е. не объясняя их особым интересом познания или структурой онтологии, но подобный ход мысли не рассматривался даже в качестве проблемы. … В этом как раз и заключается представление об автономии логики. Сформулировав в Дневниках 1914-1916 основной принцип философии логики: «Логика должна заботиться о себе сама» и последовательно эксплицировав его в ЛФТ, Витгенштейн заложил совершенно новые принципы исследования своеобразия знания. Он выводит формальную логику из-под начала онтологии и теории познания, считая, что при прояснении её основных понятий необходимо отталкиваться исключительно от особенностей символического языка. Логика как исследование универсальных возможностей осмысленных утверждений не может быть фундирована никакой онтологией, как раз наоборот, поскольку именно логика устанавливает критерий осмысленности, любая онтология есть следствие логического прояснения возможных взаимосвязей структур описания. Как универсальный метод прояснения мыслей, логика не может зависеть и ни от какой эпистемологии, поскольку теория познания рассматривается лишь как частная философская дисциплина».

Философия в свое время обратилась к языку, обратив внимание на его самодостаточность. То есть он сам формирует собственную «среду обитания» обеспечивая коммутацию разных сторон жизни и их участников, моделируя действительность. Связность этой «среды обитания» языка и задает логика: «Логика наполняет мир; границы мира суть и её границы» (ЛФТ, 5.61). «Именно логика определяет онтологическую структуру мира, поскольку в её компетенции решать, что может иметь место в мире, а что – нет» [4].

Что бы понять, почему именно логика самодостаточна внутри языка, нужно иметь представления о тавтологиях и противоречиях. «Тавтологией в логике называется тождественно истинное высказывание, инвариантное относительно значений своих компонентов» (Википедия). Известный пример из песни: «В хоккей играют настоящие мужчины, трус не играет в хоккей» Тут важными переменными становятся «настоящий мужчина» и противоположность (отрицание) — трус. Так вот, если поменять местами эти переменные, то смысл предложения (и его соответствие жизненному опыту) изменится. А вот его логическая непротиворечивость — нет! Вот, в сущности, в чем автономия логики — ей нет никакого дела до окружающей действительности, до переменных своего манипулирования. Она самодостаточна своей внутренней непротиворечивостью (тавтологией). Логика просто показывает, как работает любой язык, в том числе и язык человеческого общения.

Есть еще одна сторона, связывающая логику и язык — телеология (целенаправленность). Вот как это описано в [4]: «В диссертации доказывается, что в отличие от Фреге и Рассела, рассматривающих логический анализ как средство построения идеального языка, Витгенштейн понимает логический анализ как метод, раскрывающий внутреннюю телеологию всякого языка. Логика показывает «всеобщую и необходимую природу знаков». При этом мышлению отказано в роли ментального посредника между языком и реальностью. Мышление рассматривается как разновидность языка. Поэтому, логический анализ не корректирует язык с точки зрения мышления; наоборот, выяснение природы и возможностей языка указывает на существенное и необходимое в мышлении».

В «Естественнонаучной онтологии» [6], нами было показано возможность закономерного отражения формальной логики в эйдосе Платона-Лосева в следующей форме:

отрицание (различие) — эквивалентность — импликация — дизъюнкция — конъюнкция.

Формальные операторы этой логики, предполагают именно такое расположение. То есть, для того чтобы работать с эквивалентностью мы должны уметь различать. Для импликации нам необходимо знать эквивалентность, поскольку в импликации фраза: «если (условие выполнение) тогда (способ исполнения 1) иначе (способ исполнения 2)», требует предварительного знания эквивалентности, иначе нельзя проверить «условие выполнения». В связи с предыдущими событиями импликация переносит нас в структуру определяемую дизъюнкцией — «…или… или…». Оператор конъюнкции «…и… и…» уже определяет предыдущий выбор как окончательный текст.

Как известно, части речи грамматики языка в выразительности речи имеют наибольшее значение (по сравнению, например, с родом существительного). И поэтому, мы за основу эйдоса берем идеи М.В. Панова, который в статье «О частях речи в русском языке» (1960 г.) выделяет пять основных частей речи (Википедия): »

-существительные, глагол, деепричастие, прилагательные и наречия;

-числительные и местоимения распределяются по другим частям речи;

-вне системы частей речи находятся частицы речи и междометия».

Таким образом, согласовываясь с логическим смыслом, за эйдос элементарного предложения естественного языка общения можно выбрать следующий эйдос [6]:

прилагательное — существительное — глагол — наречие — деепричастие.

По нашему мнению такое расположение максимально соответствует выражению логических операторов, а также соответствует идее телеологии. Кроме того, это в большой мере соответствует той работе, которая была проведена по разработке теории предикатов. Всё это вместе, мы и связываем с «шаблоном единого языка». Хотя правильнее бы было назвать это кортежем, поскольку места в статусах эйдоса строго соответствуют определенным частям речи. Мы не можем, например, поменять местами прилагательное и существительное, поскольку именно прилагательное (по контексту) определяет существительное. Точно также как существительное определяет глагол и т.д.

Да, мы можем сказать «зеленый дуб» или «дуб зеленый». Смысл от этого не изменится. Но мы не можем сказать «дубовая зелень». Само слово (как часть речи) несет в себе информацию об его положении в эйдосе. Предложение «зеленый дуб стоял на пригорке качаясь» можно исполнить различными вариантами, но смысл (носитель целевого полагания) останется тем же самым. Он уже определен незримым контекстом лингвистического эйдоса, который независимо от расположения слов несет нам образ (эйдос) данного описания. Не будь такого шаблона, мы бы никогда бы не смогли понять друг друга.

Ясно, что прилагательное максимально соответствует «различию». А существительное это элемент «самотождественности» (эквивалентности) самому себе. Также и глагол соответствует логическому «следованию», «имплицируя» (перенося) дерево «на пригорок». В предложении идет наращивание смысла, доходя до деепричастия «качаясь».

Само по себе слово тоже имеет пентадную структуру (также как и звуки):

приставка — корень — суффикс — постсуффикс — окончание.

Такое фрактальное строение, позволяет словам «укоренятся» в предложении почти независимо от его места пребывания. Порой это требуется для художественного выражения. Но форма логики, «незримым каркасом», удерживает весь смысл любых предложений. Похоже, что именно такая уникальная постатусная вложенность свойственна именно языкам высокоуровнего человеческого общения.

Лингвистический эйдос естественного языка отражает и то свойство, которое присуще большинству (а скорее всего всем) эйдосам. Речь идет об втором статусе пентады, его особой роли в эйдосе. Дело в том, что второй статус мы условно называем «субъектом» в силу того, что он уже участвует (явно или неявно) в следующих статусах. Так прилагательное «зеленый» можно отнести к любому предмету — например, к игрушке — кубику. Но говорить о кубике, что он «стоял на пригорке качаясь» бессмысленно. Второй статус (существительное) задает весь смысловой тон эйдосу, соответствующий содержательности этого статуса. Чтобы понять это, лучше можно привести пример эйдоса материальной точки в формулах (массоперенос — импульс — сила — энергия — мощность):

dm/dt — mV — mdV/dt — mVV/2 — mVdV/dt.

Как мы видим, во втором статусе эйдоса появляется скорость (V), которая потом фигурирует дальше в разных «образах».

То же самое можно сказать об играх (в общем плане):

азарт (желание) — правила игры — тактика — стратегия — результат.

Как мы видим, и здесь правила игры участвуют в других статусах, определяя тактику игры, стратегию игры и результат.

Развиваемая много десятилетий теория предикатов, по нашему мнению, сужает горизонт диалектических (эвалектических — по В.В. Демьянову) представлений. Для теории предикатов выражение «человек хороший» и «человек идет» — практически равнозначно. Она просто присваивает значение субъекту. Это развивает предикатное мышление и ничего более.

Важно отметить мысль Соссюра, что «поток речи, взятый сам по себе, есть линия, непрерывная лента…». То есть с одной стороны мы имеем некую непрерывность текста, с другой стороны его дискретность, в виде хотя бы слов. Учитывая, что и простое предложение есть эйдос и слово тоже эйдос, то путешествие по тексту есть, как минимум, двухмерное движение. Такое движение является, несомненно, эволюционным, о чем и говорил известный лингвист Бенвенист, ссылаясь на Соссюра: «Основной тезис де Соссюра состоит в том, что «в каждый данный момент речевая деятельность предполагает и установившуюся систему и эволюцию; в любую минуту язык есть и живая деятельность и продукт прошлого». Но, а если язык включает в себя эволюционные моменты, то его можно рассматривать и как инструмент эволюции (в коммуникационном смысле) и ее отражателем для наблюдателя.

Таким образом, появление любого языка, например ДНК, играет эволюционную роль накопителя информации о мире. В процессе человеческой деятельности стало происходить не только накопление информации в языковой форме, но и активное изучение всех форм ее организации.

В заключение данного раздела можно попытаться построить не только эйдос простого предложения (чему мы посветили большую часть раздела), а эйдос языка общения, используемый в литературе. В нашем представлении, он имеет следующий вид:

звук (буква) — слово — предложение — оглавление — произведение.

Учитывая эволюционный характер эйдосов, эйдос языка общения может закончиться мычанием, типа: «м-м-д-а». Это может и слово: «весело!». Может быть и предложение: «прекрасная погода на дворе!». Может и оглавление (иерархической структурой замысла) для начинающего писателя. А может и эпическим произведением типа «Война и Мир». В любом случае, в эйдосе господствует преемственность — последующий статус данного эйдоса требует предыдущих. «Субъектом» данного эйдоса, являетсяслово.

3. «Я» в логике эйдоса

В философском плане «Я» — субъект. Субъект в том плане, что противопоставлен объекту, как некая активная  деятельность по изучению и преобразованию объекта. Но субъект возник эволюционно позже объекта. Возникнув, субъект и объект вступают во взаимодействие. Это взаимодействие — есть третий фазовый момент эволюционного развития.  Так, как описывает современная философия, вроде того, что субъект «оборачивается» к объекту (для возникновения отношений) в эволюционном контексте рассматривать нельзя.  Субъект проявляет себя через деятельность. Этой деятельностью может быть, например, творчество в искусстве. Вот это творчество необходимо рассматривать как категорию «новое» согласно тринитарной онтологии В.В. Демьянова (новая ось «ортонормированного пространства событий», развивающая объект и субъект). Такой же «новой» категорией будет и искусство, образованное субъектом и творчеством; таким же «новым» будет и вдохновение, которое даеттворчество и искусство. И тогда субъект в этой области представляет собой часть эйдоса:

объект — субъект — творчество — искусство — вдохновение.

Ясно, что вместо творчества может быть другой вид деятельности и другие понятия эйдоса. Но суть самого эйдоса от этого не меняется. Эйдос — это эволюционный конструктор (в части необходимых составляющих и порядка следования), создающий текст Универсума минимальной длинны.

Поскольку второй статус субъект, и он обладает определенными свойствами в эйдосе — как бы проецирует себя в разных формах в следующие статусы, то его в пентаде часто и называем «субъектом» эйдоса. На самом деле это дает значительную «пищу» для размышлений.

Как личность, человек состоит из множества эйдосов. Как объект Универсума он представляет собой агрегатные состояния вещества:

эфир — жидкость — плазма — твердое тело — газ.

(Отметим, что человек почти на половину состоит из жидкости. И в этом есть смысл, поскольку в динамическом плане — он поток.)

На молекулярно-биологическом уровне он представляет сложную систему обмена веществ:

водно-солевой — углеводный — нуклепротеиновый — липидный — белковый.

(Вот не зря же говорят: «хлеб всему голова». Именно углеводы «освоили» копирование и занимают второй статус «субъекта».)

В логическом эйдосе, прежде всего, «субъект» — это оператор эквивалентности (лосевской тождественности самому себе). Почему именно эта тождественность стала неким важнейшим пунктом эволюционного развития? Возможно потому, что это факт некого копирования. И если в углеводах это факт некого наращивания, возможности формировать цепи и кольца, то в ДНК это уже копирование более высокого уровня — динамическое копирование с целью адаптации. Идея копирования продолжается в липидах и белках.

Все наше товарное производство — это продукт эквивалентности, прежде всего. Наши средства производства, это, в сущности, копировальщики. Если мы что и изобретаем, то только для того, что бы в дальнейшем копировать — хоть ракеты, хоть лекарство. Это выглядит противоречиво, но если вдуматься то однообразие, позволяет существовать многообразию именно фрактально, эволюционно. Возможно, если нуклоны атомов были бы разными, то можно было бы собрать какую-то комбинацию. Но скорее всего эта «сборка» была бы уникальной (а потому недостижимой) и эволюции явно бы не получилось.

Таким образом, существование субъекта предопределено именно логикой Универсума через эйдос. Поскольку все его тексты написаны по единому шаблону, существование субъекта заложено эйдосом как геномом. У эйдоса именно эволюционное назначение в первую очередь. И тут мы подходим к важнейшему моменту, по которому в истории философии особых разногласий не было. Это наличие причинно-следственной связи. Только в 20-м веке, присмотревшись внимательнее к этой причинно-следственной связи, увидели, что она не простое явление. Что в некоторых точках фазовых преобразований могут происходить бифуркации — двойной исход явлений. Этими явлениями в большей мере занялась синергетика. Если перенести этот момент «раздвоения» на формальный логический язык, то за это ответственна импликация.

Запишем простейшую импликацию на «человеческом» событийном языке. Пусть человек стоит на пешеходном переходе перед светофором. Импликация будет иметь следующий вид на программном языке:

Если (цвет светофора = зеленый) Тогда

идти;

Иначе

стоять;

КонецЕсли;

Обратим внимание, что оба следствия: «идти» и «стоять» гарантируют вам жизнь в эволюционном движении, в противном случае — вы можете выбыть из игры в эволюцию. Вот в чем простейшее популярное объяснения эволюционного назначения логического эйдоса:

отрицание (различие) — эквивалентность — импликация — дизъюнкция — конъюнкция.

Любой объект, претендующий на эволюционное развитие должен обладать минимальным адекватным устройством, позволяющим оперировать с ним указанным эйдосом. «Сердцем» импликации («субъектом») выступает эквивалентность (цвет светофора = зеленый).

{1. Если говорить за реальное, программирование, то на месте равенства могло стоять любое условие — например, «больше» или «меньше». Но именно эквивалентность стоит в исходном логическом эйдосе! Именно она «заботится» о своей самодостаточности и сохранении!

2. Таким образом, эту логику, о которой говориться здесь, можно условно назвать «нелинейной», поскольку она заранее предполагает причинно-следственную связь в импликации и особый порядок расположения логических операторов. Не будь этой импликативной «преднамеренности» эволюция и не могла бы состояться. Та импликация, которую преподносят в обычной литературе по логике, «что из А следует Б» не оставляет вариантов развитию, по нашему мнению. В то время как физические законы именно говорят об обратном.

3. Есть еще один важный аспект данной импликации. Дело в том, что такая импликация подчеркивает телеологический характер эволюции. Проще говоря, для того чтобы быть оптимальным во времени к достижению цели (как пример), человеку всегда нужен «зеленый свет», или как говорят «зеленая волна». Это как раз и обеспечивает характер импликации, закрепляя содержательную часть эквивалентности в форме иерархии дизъюнкции. Психологически будет трудно воспринять, что иерархическая вертикаль от планковских длин через нуклоны, атомы. молекулы, клетки, человека держится на «выборе в импликации»… . Не забываем, что импликация аддитивна (вместо «исполнения» можно вставить другую импликацию), что в ноосферном эйдосе человека на месте импликации стоит разум, а на месте дизъюнкциисознание.}

От того выполняется наше равенство зависит что делать человеку: «идти» или «стоять». Вот это «или» показывает, что мы помещаем результат выбора в структуру дизъюнкции («…или…»). Высказываясь яснее, операционное пространство Универсума предусмотрело возможность управления исходом бифуркации. Где факт «управления» (импликации) возложен на эквивалентность, за которой в интегральном эволюционном воплощении стоит субъект. То есть в эволюционном плане данной философиисубъект — это набор всех вторых статусов входящих эйдосов.

Для программирования, любая часть программы это тоже специфический текст. Минимальный набор которого, представляет следующий программный эйдос:

переменная — реквизит — вычисление — таблица — представление.

Конечно, это мы несколько упростили представление программирования, но лишь незначительно, и не по существу. Для нашего случая переменными задаются «цвета», реквизит это «свет светофора» — некая константа как метаданная. В вычислениях могут определить результат импликации и поместить в таблицуТаблицу можно представить на экране монитора. Или же она может послужить сложной переменной в следующем программном эйдосе. Таблица — это простейшее иерархическое устройство, в котором задано направление (без боковых разветвлений «дерева» — в простейшем случае), верхняя строчка которого занимает «идти», нижняя — «стоять».

И вот тут возникает самый интересный вопрос. А вот эта таблица  в Универсуме, из которой можно выбрать дизъюнкцией значение «идти» или «стоять» действительно носит иерархический характер, или это наши догадки? Похоже, что действительно!

Иерархическая таблица нам наглядно демонстрирует, что без феномена иерархии не было бы феномена энергии и структуры, которые без нее невозможны. Но тут важно помнить, что иерархию задает третий статус эйдоса. Этот момент был очень точно подмечен А.А. Зиновьевым в его пояснениях [7] к понятию «структура». То, что А.А. Зиновьев называл направлением, в логике часто называют следованием. Импликация — это для эйдоса проявления третьего статуса (лосевское становление). Просто разным контекстам соответствуют разные названия.

Возвращаясь к «Я» необходимо упомянуть несколько постулатов Л. Витгенштейна (ЛФТ):

«Я есть мой мир» (5.63).

«Мыслящего, представляющего субъекта нет…» (5.631).

«Субъект не принадлежит миру, но он есть граница мира» (5.632) .

Таким образом «субъект» эйдоса (как его второй статус) существовал с самого начала эволюции. Просто на определенном витке эволюции в тексте Универсума появился субъект наших современных представлений.

4. Накладная как язык эйдоса

При товарном обмене накладная (на отпуск или получение) является главным документом товарооборота. Нам этот пример нужен, что бы показать важное понятие структура (четвертый статус эйдоса), которым оперируют все: и кто занимается наукой и кто производством. Программисты знают, что накладная как программный объект состоит из двух частей: «Шапка» и «ТабличнаяЧасть». Мы отразим самый простейший случай накладной, в таком виде:

Накладная № 1884321 от 5/10/2011

Отправитель: ООО «Одежда». Получатель: Петров.

————————————————-

№ | Товар                | Сумма (руб) |

——————————————- ——

1. Брюки                |    800         |

2. Рубашка            |    400         |

3. Майка                |    100         |

————————————————-

Итого:                         1300

Мы воспользуемся этой таблицей, что бы показать пример мышления с учетом представления об эйдосе. Поскольку накладная представляет собой некий наглядный объект, то все его описательные элементы можно представить некими категориями. Одними из важнейших категорий в философии были качество и количество. И тут важно, то, что подметил А.Ф. Лосев — качество предшествует количеству. В эйдосе порядок категорий регламентирован контекстом описательной области. Дальше мы более подробно покажем, а сейчас подчеркнем антиномичную сторону качестваколичества. Ведь качество отражает любую вещь целиком, но специфично. В то время как количество может объединять разные качества. Параллельно можно проверить себя на ассоциативное мышление: качеству семантически соответствует лосевское различие, а количествутождество.

Итак, в применении к данной задаче эйдос выражается через следующие важные философские статусы:

качество — количество — изменение (направление) — структура — проявление.

1. Качества (брюки, рубашка, майка). (Персонифицирующий момент — лосевское «различие»)

2. Количество (рубли). (Обобщающий момент — лосевское «тождество»)

3. Направление (порядок нумерации, (в современных программах свойство «Порядок»…)). ( Лосевское «становление», а слово и «направление», «следование» взято у А.А. Зиновьева)

4. Структура (таблица с упорядоченными строками, у А.Ф. Лосева — ставшее).

5. Проявление (результат сложения сумм. У Ю.Урманцева — закон композиции, лосевское «проявление»).

Собственно, в неявной форме, это знают все. Возьмите любую накладную на товар, и ее табличная часть попадает под лосевский «эйдос» (упрощенно):

товар — сумма — нумерация — табличная часть — итоговая сумма.

Собственно на накладную можно и смотреть как на поле операционной деятельности нашего мышления. И тогда можно табличную часть накладной интерпретировать так, что для того чтобы оперировать с качествами товаров, их необходимо различать.

Для того чтобы оперировать с количествами, еще (!) необходимо знать эквивалентность (отождествлять).

Но вот чтобы качества и количества имплицировать в таблицу нужно их (еще!) упорядочить (задать направление). И здесь это хорошо описано у А.А. Зиновьева в «Очерки комплексной логики» [7], что чтобы создать структуру (связь между элементами) необходимо в системе задать направление (следование). Сделать это можно произвольно, задав, к примеру, нумерацию. А можно исходя из самой системы — например, согласно величине сумм за покупку, что методически верно. Для нас важен принцип самодостаточности системы! Ведь именно количество позволяет нам создать направление (в принципе).

Дизъюнкция (кто, не знает в русском это конструкция: «… или … или …») — символизирует возможность выбора (из таблицы).

А конъюнкция (в русском это конструкция: «…. и … и …» — обязательность учета всех обстоятельств (сумм)).

Хотелось бы «по ходу» подчеркнуть два момента:

Во-первых, «движение» по статусам эйдоса идет с постоянным привлечением предыдущих статусов. Они не отбрасываются, а «наращиваются» на предыдущие статусы. Выполняется принцип преемственности в эволюции.

Во-вторых, второй статус обладает одной особенностью (за что мы его называем «субъектом» эйдоса) — он участвует непосредственно во всех последующих статусах.

Жизнь накладной на этом не заканчивается. Как правило, за день составляется реестр накладных. И тут с накладной происходит некая метаморфоза. Ее табличная часть «сворачивается» до итоговой суммы. А в качестве качества следующего уровня выступает сама накладная (ее «Шапка»):

Реестр накладных ООО «Одежда» за 5/10/2011

———————————————————-

№ | Накладная                      | Сумма (руб.) |

1. | № 1884321 от 5/10/2011 | 1300            |

2. | № 1884322 от 5/10/2011 | ХХХ            |

— — — — — — — — — — — — — — —

— — — — — — — — — — — — — — —

———————————————————

Итого:                                        ХХХХ

В итоге, мы получим ту же самую структуру, где качество и количество были преобразованы в соответствии с законами сохранения эйдоса данного профиля. Причем «упаковка» происходила не утилитарно просто, типа «русских матрешек», а именно композиционно согласовано и постатусно.

Но и это еще не конец преобразований в лосевском становлении. Как известно, на каждом предприятии ежемесячно подсчитывается выручка от продаж. И наши реестры «перемалываются» в следующем метаморфозе, где их конечным итогом становится «выручка за месяц». Этот процесс по своему конструктивизму точно такой же, как и предыдущий, и нет смысла его показывать. Далее выручка за месяц попадает в структуру выручки за квартал, полугодие, год. Таким образом, получается некий фрактальный процесс «свертки»: накладная → реестр → выручка. Характерный момент этой «свертки», то, что структура становится неким качеством на более высоком уровне. А вот формируемое структурой итоговое Проявление несет в себе количественный аспект обобщения — количество.

Нельзя забывать и о направлении (становлении). Именно оно дает возможность удерживать системную целостность конструкции, неся в себе по существу глобальный системный атрибут времени. Само по себе метаморфозы преобразований накладной подтверждают идею эволюционной траектории (креода), просто в части данного контекста. Как только креод предприятия прерывается — это означает конец его существования (как сущего).

Еще замечание. Удивительно, как уживаются количество и качество в накладной. Но ведь и никому в голову не прейдет, что они антиномии (по типу «индивидуализм — коллективизм», «эгоизм — альтруизм»). Оказывается это «анти» должно (обязательно!!!) присутствовать в структуре, чтобы она состоялась. Это все к тому, что нет никакого «единства и борьбы противоположности» как диалектического закона (В.В. Демьянов, [8]).

5. «Материальная точка» и другие элементарные физические объекты

Астрономами окончательно установлено, что вселенная расширяется с ускорением (Нобелевские лауреаты 2011 года). А до этого были сомнения, и считалось, что она расширяется с постоянной скоростью. Тот, кто читал «Эвалектику ноосферы» В.В. Демьянова [8] в существовании ускорения и не сомневается. Поскольку расширение с постоянной скоростью означает, что «Плоть Единого» уходит неизвестно куда и мир не един в платоновском смысле. Это можно сравнить с тем, что человек бы только находился в постоянной фазе вдоха, или выдоха, а не осуществлял циклический процесс дыхания.

Выше сказанное — это прелюдия к эйдосу материальной точки. Выше мы поставили ее в кавычки, что бы подчеркнуть характер идеальности такого определения. Которое предполагает отсутствие других форм движения (например, вращения). А сами размеры особого значения не имеют.

Сам эйдос материальной точки можно выразить в двух вариантах:

а) Как законы сохранения: массы — импульса — силы — энергии — мощности;

б) Через аналитическое представление физических величин: массоперенос — импульс — сила — энергия — мощность.

Надо сказать, исторически сложилось так, что есть некоторая «неопределенность» в философских текстах и физических трактатах (меньше) между энергией и мощностью. Пожалуй, Побиск Кузнецов был один из первых, который обратил внимание на несоответствие «приоритетов» энергии и мощности. Общепринятое выражение «энергия переходит в …» не совсем корректно, поскольку это «переходит» означает наличие мощности! В философских текстах «потенциальность» и «энергийность» похоже, тоже соответствуют энергии и мощности.

Между накладной и эйдосом материальной точки, казалось бы, пропасть абстракции! И она существует, но проходима, если мы помним об эйдетическом единстве Платона. Хотя в прикладной области эти объекты разнятся, с системной точки зрения — они едины! Попробуем найти между ними это общее.

{Различие и сходство между Платоном и Аристотелем подробным образом проанализированы А.Ф. Лосевым в его работе [9]. Несмотря на то, что Аристотель тяготел больше к логическим формализациям (где и преуспел), по отношению к эйдосам у них сохранялось единство. Более того они как бы дополняли друг друга: «Таким образом, точность исследования соответствующих текстов заставляет признать, что платоновский эйдос — это категориально-диалектический эйдос, а эйдос Аристотеля — это энтелехийный эйдос» [10] .}

Разрабатывая проблему категорий, Аристотель в первую очередь выделял категории качества и количества. Рассматривая эйдос накладной, мы увидели как это «работает» в части их как антиномий. У эйдоса материальной точки первая пара (массопереносимпульс) тоже является антиномией, которую можно обозначить семантически как «подвижность» — «инерционность». То есть любой эйдос начинается с существенной антиномии, которую А.Ф. Лосев отразил в общем случае как различие и тождество.

То, что материальная точка имеет размерность, поможет нам понять природу антиномии более предметно, учитывая, что в физике наращиваются процессы системного и конструктивного [11,12] подхода к ней. Если убрать из выражений для исходной антиномии материальной точки саму массу, то в размерностях антиномия выглядит так S0 T-1 — S1T-1. Одним словом, антиномия — это эволюционный процесс наращивания топологии размерности (в данном случае — S1), которая в общем виде (как нарастание) для материальной точки постатусно выглядит так: T-1 — S — T-1 — S — T-1.

Эту идею развития эволюции, как возрастание степеней свободы в неком «конструктивном пространстве» высказал В.В. Демьянов [8]. Как мы видим для материальной точки такое пространство конструктивно бинарно, и скорее напоминает конструирование поведения с помощью времени и пространства, которые имеют семантический характер «активности» и «фиксирования». То, что Кант называл «ряд» и «агрегат».

Третий статус эйдоса для материальной точки как форма проявление определяет ускорение. Ускорение может быть как качественным (по направлению), так и количественным (по величине). Лишить материальную точку ускорения, это запрет на эволюционирование — по этой причине Вселенная расширяется с ускорением. Ясно, что материальная точка может эволюционировать. Но может ли эволюционировать биллиардный шар, даже если он получает ускорение или тормозится, передовая свою энергию другому шару? По-видимому, лосевское становление — это образ философского обобщения в части возможности быть ставшим.

То, что энергия материальной точки есть некая структура на самом деле, говорит уже нелинейный характер формулы для кинетической энергии, которая пропорциональна квадрату скорости. Так В.В. Демьянов связывал структуру образования движущегося материального тела с квантово-динамическим налипанием «Плоти Единого» [8]. А основатель ритмодинамики Ю.Н. Иванов в [13] дает формулу, которая увязывает кинетическую энергию с разностью фаз. Косвенно, о сложной структуре «потенциала» кинетической энергии можно судить о ее размерности (без массы) в таком виде [S2T-2].

Конечным лосевским выражением для эйдоса материальной точки будет ее мощность — количество энергии в единицу времени переданной другой материальной точке. В этом плане накладная ассоциативно ничем не отличается от материальной точки.

Возвращаясь к теме статьи о «едином языке» можно подчеркнуть еще такой момент. Вот если мы возьмем, к примеру, другие элементарные объекты физического мира — пружинку, конденсатор, катушку индуктивности, то они тоже представляют собой эйдосы-пентады [14]. Но между собой у них есть общее и особенное. В частности у всех есть статус энергии (4) и мощности (5), которые носят одинаковое (общее) имя для любых элементарных физических объектов. А вот для первых трех статусов эйдоса таких имен, да и формул подчас — нет! Причина этого в том, что, исторически, вводя философские понятия формы и содержания (к примеру), мы забываем, что все элементарные объекты повернуты к нам, субъектам, формой. Содержание же обычно оставалось в тени. Оно было четко определено только для материальной точки — как теоретически «излюбленного» объекта всеми. Что касается, например механической пружины, то все остановилось на законе Гука в системном плане. В лингвистической пентаде второму статусу соответствует существительное. То, что мы не обращаем внимания на «существительное» элементарных физических объектов (такого, как для материальной точки — импульс), говорит о полном отсутствии системного подхода к элементарной физике.

{Этот момент особенно интересен для тех, кто изучает общую теорию систем (ОТС). Дело в том, что в «Самое само» А.Ф. Лосев на примере карандашного рисунка показывает, что область эйдоса становлением разбивается на «нечто» и «иное». «Иное» неким образом ко всем одинаково и отражает категорию общее. В то время как «нечто» скрыто за становлением и отражает категорию особенное. Этим можно объяснить тот факт, что энергия и мощность оказались одинаковыми для любых объектов физики (они общее). В то время как первый, второй и третий статус физических объектов носят специфический характер. Например, понятие «импульс» особое понятие только для материальной точки. Для пружинки это можно назвать «упругость». А для конденсатора, катушки индуктивности?

Даже то, что называют силой, не является общим понятием для материальной точки и пружинки. С системной точки зрения сила в статике и динамике — это разные понятия.}

Материальная точка и пружинка, также как конденсатор и катушка производят гармонические автоколебания, что говорит об их единой системной природе. Но интеллект требует, что бы для этой единой природы создавался единый системный язык, который бы позволил «сшивать» различные области знания, унифицируя их. Именно унификация выступает неким результатом интеллекта, облегчая жизнь обществу.

В свое время лингвистика привлекла философов тем, что могла своими средствами объяснять сама себя — т.е. быть самодостаточной. Рассмотрение элементарных физических объектов показывает, что в физическом языке есть «прорехи» на уровне первых статусов эйдосов [14]. К тому же, как показывает «Википедия» [15], даже методика решения простейших задач (механический осциллятор решается через равенство сил, а не равенство мощностей — что правильнее!) не выдерживает принципиальной критики.

6. Принцип суперпозиции в эйдосах

Наверное, самое простое было бы представить принцип суперпозиции (наложения) на примере материальной точки. Перенеся из физики аналоги законов сохранения массы, импульса, сил, энергии и мощности. В этом случае для некой локальной области мы бы просто имели постатусные законы сохранения физических величин.

На самом деле, такой формальный подход в конструктивном плане, похоже, мало что дает. Ведь на самом деле, «объединяя» конденсатор и катушку индуктивности прямой связью, мы получаем не только закон сохранения мощности и энергии, но и синусоидальное гармоническое колебание — как эмерджентный эффект. В этом плане соединение протона и электрона дает нам категорию новое (в смысле представлений В.В. Демьянова) — атом водорода.

Таким образом, процесс суперпозиции можно рассматривать, как минимум с двух сторон: как формальное объединение эйдосов, так и связанные эйдосы (колебательный контур, атом водорода).

Что касается физики, то на данный момент мы знаем эйдосы только самых элементарных объектов типа материальной точки, пружинки, конденсатора, катушки индуктивности. Но согласно представлениям Платона, любое материальное воплощение имеет эйдос. Другое дело, что эйдосы, например, протона и электрона нам малоизвестны, поскольку в формальном выражении их пока трудно представить достоверно.

Наш естественный язык дает нам представление о суперпозиции в области лингвистики. Так, например выражение «Витя любит Свету» вовлекает во взаимодействие два эйдоса: ( , Витя, любит, , ) и ( ,Свету, , , ). По такому же принципу строятся, похоже, и придаточные предложения. Характерным явлением является то, что придаточные предложения соответствуют обычно четвертому статуса эйдоса, т.е. структуре.

Появление таких союзов как «и» или «или» можно объяснить использование логического эйдоса в качестве лингвистической связки. Таким образом, любой научный и литературный текст представляют собой не формальное объединение эйдосов, а связанные эйдосы.

История развития науки и техники — это и история развития их языков. Если мы возьмет строительные чертежи в линейных формах, то их базовый эйдос будет представлять следующий вид:

точка — линия — угол — плоская фигура — объемная фигура.

Действительно, точка и линия — антиномии. С помощью точки (1) и двух линий (2) можно построить угол (3). С помощью линии и угла можно построить плоскую фигуру (4), например, равносторонний треугольник. С помощь угла (3) и плоских фигур (4) можно построить объемную фигуру (5), например, тетраэдр. Ясно, что геометрический линейный эйдос достаточен для большинства строительных чертежей

Язык линейных конструкций используется природой, в основном, в неживой природе, например, в кристаллах. Для формирования объектов живой природы больше подходит эйдос поверхностей второго порядка:

точка — линия — круг — цилиндр — тор.

Такой эйдос позволяет Универсуму строить венозные, артериальные, лимфатические и другие системы в организмах. Еще большие возможности возникают при суперпозиции этих двух эйдосов.

7. Заключение

Мы все люди и нам свойственны физиологические желания. Эти желания находятся в антиномии с физиологической удовлетворенностью. Превышение желания над удовлетворенностью запускает механизм перебора вариантов решения данной проблемы (например, желание покушать) — активность. Перебор вариантов формирует иерархию простейших целей, за которой следует реализация желания:

желание — удовлетворенность — перебор возможностей — достижимые цели — реализация желаний.

Будучи существами социальными, мы формируем более «сознательный» эйдос с учетом семьи и окружения:
потребности — возможности — анализ ситуации — приоритеты — направленная деятельность.

Решая свои проблемы, мы вынуждены трудиться на производстве. Тем самым войдя в производственный эйдос, предлагая свой труд [16]:

труд — ресурсы производства — производство — система экономики — товарный поток.

Трудясь и участвуя в совещании, мы решаем производственные проблемы:

проблема — возможности — решение — план — исполнение.

Таким образом, во времени и пространстве мы находимся порой одновременно в нескольких эйдосах, входя «лист Мебиуса» (семья — работа) и другие сложные фигуры, конструируя текст своей жизни. Одним словом — «Мир есть текст».

Литература

  1. Википедия, Эйдос, http://ru.wikipedia.org/wiki/Эйдос.
  2. Лосев А.Ф. Самое само (сб. Миф, число, сущность) М: Мысль. 1994, 919 с.
  3. Сахно В.А. Логика как механизм эволюции, 16.04.2010.
  4. Суровцев В.А. Принцип автономии логики в философии раннего Витгенштейна. Автореферат, Томск, 2001, http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000275/st000.shtml.
  5. Суровцев В.А. Автономия логики: Источники, генезис и система философии раннего Витгенштейна, Томск: Изд-во Томского университета, 2001.
  6. Сахно В.А. Естественнонаучная онтология, 03.05.2010.
  7. Зиновьев А.А. Очерки комплексной логики. М. Эдиториал, 2000, 560 с.
  8. Демьянов В.В. Эвалектика ноосферы. — Новороссийск: НГМА, ч.1, 1995, 384 с.; ч.2, 1999, 896 с.; ч.3, 2001, 880 с.
  9. Лосев А.Ф. История античной эстетики — Аристотель и поздняя классика., том IV, М.: «Искусство», 1975 .
  10. Лосев А.Ф. История античной эстетики — итоги тысячелетнего развития, том VIII, книги I и II , М.: «Искусство», 1992, 1994
  11. Ожигов Ю.И. Конструктивная физика, РХД, 2010, 424 с.
  12. Поздняков Н.И. Системная физика, Нижний Новгород, 2008, 122 с.
  13. Иванов Ю.Н. Частотное пространство, М: Новый Центр, 1998, 32 с.
  14. Сахно В.А. Периодические процессы в эвалектических пентадах, 06.02.2011, http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/10860.html.
  15. Гармонический осциллятор, Википедия, http://ru.wikipedia.org/wiki/Гармонический_осциллятор.
  16. Сахно В.А. Естественная модель производственной деятельности, 22.03.2011, http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/10943.html.
Обсудить на форуме

ЧИТАТЬ ПО ТЕМЕ:

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>