<

Наследие Тимура

Просмотров: 46

И летом, и осенью 1941 года, и позже советская армия продолжала отступать. Многим это казалось нелепостью. Как и сама война. Но для самаркандских стариков все было ясно, как на ладони. Советы не вняли предостережению предков о том, что, когда будет потревожена гробница Тимуридов, произойдет великое несчастье. И оно случилось.

«Не ходи, дорогой, туда, твердил старик, словно   помешанный, плохо будет, всем плохо будет, война будет». Но Герасимов лишь отшучивался, отмахивался от самаркандских старейшин, несших какую-то чепуху о предсказаниях и родовых проклятиях. Советский атеист, антрополог и археолог, давно лелеял мечту воссоздать в камне черты кровавого Тимура и его потомков, особенно просвещенного Улугбека. И вот мечта сбылась. Герасимов открыл мавзолей, спустился вниз, торжественно и осторожно извлек оттуда череп, собираясь запомнить эту дату навсегда: ночь с 21 на 22 июня 1941 года. Он не знал, что немецкие самолеты уже бомбили территорию СССР…

Радость железного хромца

Жители города Мардин, что в Месопотамии, готовились к смерти. Не в силах более сопротивляться осаждавшему их войску грозного Тимура, они понимали, что даже добровольная сдача не гарантирует им милосердия от победителя. Он получал наслаждение от изощренных жестокостей. После взятия Исфизара он повелел соорудить башни из 2000 живых людей, положенных друг на друга, засыпанных глиной и кусками кирпича. После захвата Сиваса были погребены живьем 4000 бойцов врага. В Исфагане сложили пирамиду из 70000 отрубленных голов.

Мардин был важной целью для Тимура, интересовавшегося Персией и переднеазиатскими областями. Но во время штурма непокорного Мардина к лагерю сурового властителя подскакал гонец.

Когда новость, привезенная гонцом, достигла ушей «железного хромца (из-за полученной раны Тимур прихрамывал на правую ногу), слабое подобие улыбки появилось на его морщинистом лице. У четвертого его сына, 17-летнего Шахруха, родился первенец. Мать сиятельного создания разрешилась от бремени в Султании, где задержался сопровождавший войско Тимура обоз, 22 марта 1394 года, то есть 19 джумада 796 года по мусульманскому летоисчислению. Новорожденного нарекли Тарагаем.

Малыш показался всем настолько хорош, что его тут же прозвали Улугбеком — «великим князем», — хотя обычно этот титул звучал только рядом с именем самого Тимура. Позже это прозвище вытеснило настоящее имя мальчика, и в историю ему суждено было войти как Улугбек. Славу же ему должны были принести не воинские доспехи, увековечившие его деда, а перо, чернила и папирус, донесшие до нас драгоценные крупицы знаний, добытых его пытливым умом.

Итак, узнав о событии, Тимур оказал жест благоволения и пощады сдавшемуся ему 16 апреля городу Мардину. Улугбек начал свой нелегкий путь потомка великого Тимура, на которого всегда старался быть похожим.

Наследники Тимура

Это было нелегко. Как столетие назад Чингиз-хан (Темучин) создавал свою империю, так Тимур во главе удалой шайки отчаянных молодцов подчинял все большие территории. А кто не приходил по своей воле, того покорял силой. Его владения простирались от Сырдарьи до Инда и Ганга, от Тянь-Шаня — до Босфора. Созданное Тимуром государство сочетало элементы военного строя и дисциплины, присущие турецко-монгольской государственности, а также элементы мусульманской культуры с сильно заметным персидским влиянием. Война в этой стихии Тимур был, как рыба в воде. Еще при жизни Тимура его малолетние внуки, в том числе и Улугбек, получили во владение пограничные уделы. Вместе с другими маленькими князьями Улугбек сопровождал деда в походах, которые ему очень полюбились. Один из таких походов закончился трагически.

Тимуру уже было под семьдесят, когда он задумал войну с Китаем.

Но сначала необходимо было выдержать борьбу в Средней Азии и, прежде всего, одержать верх над монголами. Двухсоттысячное войско выступило. Престарелый Тимур лично решил участвовать в походе. Была зима, холодно. Чтобы согреться, Тимур приказал поднести ему вина, что у кочевников и воинов Азии не считалось предосудительным. Возможно, неумеренное потребление горячительного свело его в могилу, но, скорее всего, ему оказался не под силу этот полный тягот поход. Вероятно, что в чашу мог быть подсыпан и яд, ведь врагов было предостаточно. Тимур скончался в 1405 году, когда Улугбеку шел десятый год.

Несметные богатства Тимура стали предметом распрей между многочисленными потомками. Сильнее и хитрее всех, а, может быть, и удачливее оказался Шахрух, отец Улугбека, которому удалось взять в свои руки Самарканд. К Улугбеку перешел почти весь Мавераннахр, — «междуречье» — включавший также Бухару и Самаркандскую область.

Однако, Улугбеку не пришлось вкусить плодов воинской славы, хотя он и стал достаточно опытным, коварным и жестоким политиком. Последний его успех пришелся на 1425 год, когда пришлось усмирить восставшее против центральной власти племя. Но уже два года спустя ставленники тимуридов в приграничных кочевых районах подняли мятеж. Улугбек и его брат Джуки потерпели поражение. Честолюбивый от природы, Улугбек тяжело перенес это поражение и в течение следующих двадцати лет не предпринимал никаких походов, а к концу его правления и узбеки, и монголы могли нападать на окраинные земли его владений практически безнаказанно.

Светская жизнь Улугбека

Улугбек окунулся в светскую жизнь и… в науки. Впрочем, еще в 1417 году им было построено медресе в Бухаре, сохранившееся и до наших дней. Здесь учились богословию 14-и 15-летние юноши. Улугбек хотел оградить молодежь от тлетворного, как он полагал, влияния суфиев, дервишеские мистические братства которых опутали своей сетью всю Среднюю Азию.

Он был резко против мистики и шаманским верованиям пытался противопоставить богословие с его четкими нормами и строго рациональным подходом. Улугбек был поклонником точных наук.

«Труды ученых остаются на вечные времена», таков был девиз Улугбека. Он хотел оставить о себе долгую память.

Он признавал за женщинами право обучаться наравне с мужчинами. Одну из своих жен, Фирузу, сам обучил грамоте, которой она овладела настолько хорошо, что стала личным секретарем правителя.

Улугбек ценил музыку, без которой не обходился ни один пир. Баловался стихотворчеством, но поэтом сене считал, а в мире поэзии более всего уважал творчество Низами. Он окружил себя людьми искусства и учеными, в основном представителями точных наук, среди которых было много персов, появившихся в этих краях еще при Тимуре.

Совместно с ними Улугбеком были составлены астрономические таблицы, знакомившие с теориями движения Солнца и планет, причинами лунных и солнечных затмений. Многие результаты можно по праву считать научными открытиями, ценность которых неоспорима и удивительна даже для современных исследователей.

Улугбек писал трактаты по истории, владел арабским языком, знал таджикский, тюркский, чему в немалой степени помогала ему его феноменальная память. Но, конечно, самым выдающимся достижением Улугбека стало строительство обсерватории.

После гибели Улугбека его сторонники подверглись репрессиям, а многие начинания загублены. Обсерватория превратилась в развалины. Богатейшая библиотека была, за редким исключением, уничтожена. Место астрономов заняли составители календарей при мечетях. Удача изменила Улугбеку, однако, он ждал этого, предвидя свою судьбу.

Звезды предсказали смерть

Сын Улугбека, Абдель-Лятиф, как только возмужал, слишком страстно жаждал власти. Устав от воспитания норовистого юноши, Улугбек оставил его в Герате и отправился в Самарканд, где он мог спокойно заняться своими науками.

Гадатели предсказывали: жить осталось недолго, а смерть будет насильственной, от руки ближайшего родственника. И звезды гороскопа, который Улугбек сам составлял по всем правилам этой науки, говорили, что ждать ему беды от собственного сына.

Оставленный в Герате Абдель-Лятиф подружился с гонимыми отцом суфиями и опальным духовенством, подогревавшими его тщеславные притязания на власть в стране. Абдель-Лятиф восстал. Улугбек направил на сына войско. В 1449 году оно было разбито. Улугбек, выступавший вместе со своими солдат смог бежать, но был предан одним из своих подчиненных.

Абдель-Лятиф, не желая прослыть отцеубийцей, поначалу позволил отцу мирно удалиться паломником в Мекку. Но такая развязка не устраивала ненавидящих Улугбека врагов. По наущению новых духовных лидеров молодой человек по имени А6бас, сын убитого Улугбеком потомка Чингиз-хана, решил отомстить Улугбеку. Его месть признавалась законной, а сам он не подлежал суду. Абдель-Лятиф также дал свое согласие.

Остерегаясь покушений на власть Абдель-Лятиф после этого убил еще и собственного брата. Но и самого Абдель-Лятифа постигла незавидная участь: весной 1450 года он был убит заговорщиками. Только по линии Абдель-Лятифа и Улугбека были внуки, однако, и им звезды принесли трагическую смерть, подобную той, которая встретила их деда и отца…



Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *