<

Тоталитарный рационализм

Просмотров: 147

Бесконечное расчленение науки на мелкие дисциплины приводит к тому, что и цели науки мельчают. Сдается, это процесс не столько объективный, сколько субъективный: те, кому не досталась часть большого пирога, выпекают свой, и под эти крошечные, никому неведомые дисциплины создаются кафедры, формируются научные коллективы, выделяются заветные гранты. И это всеобщее измельчание приводит к тому, что наука утрачивает и свои позиции как субъект культуры. Парадокс же заключается в том, что выступая как инструмент овладения вещной проекцией мира и одновременно стремясь выйти за рамки вещных отношений, наука ныне более чем когда-либо претендует на всеобщность (при всей нелюбви к подобному языку готов признать, что получаю от него некое извращенное удовольствие). Одновременно сформировался Homo scientificus, человек научный, который воспринимает природу не иначе, как совокупность манипулируемых, утилизируемых объектов (готов также признать за этим языком определенную поэтику — поэтику абстрагирования, например).

За Homo scientificus с некоторого времени закрепился ярлык этического инвалида, и в отличие от других инвалидов он не вправе рассчитывать на сочувствие со стороны общества. Ибо как общество может сочувствовать тому, кто пренебрегает его интересами во имя собственной выгоды. Homo scientificus обвиняют в асоциальности, в равнодушии к проблемам добра и зла, безудержном прагматизме. В осуждающем хоре в свое время резко выделился голос отца феноменологии Эдмунда Гуссерля.

Философ из Фрейбурга вознамерился доказать, что современная наука в отличие от науки Возрождения игнорирует жизненный мир в качестве смыслового фундамента, выказывая явное пренебрежение к гуманистическим ценностям. Если ранее науку уподобляли нервной системе общества, то ныне нервная система, по словам Гуссерля, превратилась просто в систему, которую мало заботят судьбы человечества. Кризис наук, предупреждал философ, способен повлечь за собой кризис в обществе. В современной России давнишние филиппики Эдмунда Гуссерля в состоянии вызвать разве что недоумение одних и грустную улыбку у других. Неужели наука может быть столь могущественна, чтобы вызвать общественный кризис?

Позже философы Франкфуртской школы Макс Хоркхаймер и Теодор Адорно подвергли сомнению саму полезность научного прогресса. Тоталитарный рационализм науки, по их мнению, пагубно исказил сознание человека. Хоркхаймер и Адорно утверждают, что генезис научно-технической революции можно проследить с домифологических времен, и на двадцатый век пришлась лишь ее кульминация. Научно-техническая революция в представлении немецких философов не что иное, как « универсальный процесс тотального опосредования просвещенным разумом отношения человека к природе, к самому себе и себе подобным». По мнению Хоркхаймера и Адорно, это « процесс всеобщей стерилизации природы и воспроизводства человеком самого себя на манер гетевского гомункулуса». &&&

Обсудить на форуме

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>