<

Лабиринт архипелага Соловецкого монастыря

Просмотров: 1020

Спасо-Преображенский  Соловецкий монастырь, основанный в первой половине XV века преподобными монашествующими пустынножителями Савватием, Зосимой и Германом Соловецкими, является в бытовании Русской церкви, пожалуй, одной из самых величественных и исторически значимых обителей. Он разделяет славу с Успенским Кирилло-Белозерским и Спасо-Препенской Киево-Печерской и Троице-Сергиевской лаврами.

Бесспорно, история Соловецкого монастыря и его скитов, расположенных на островном архипелаге в Белом море, что уже само по себе делает обитель местом загадочным, хранит немало тайн, пророческий смысл которых до сих пор повергает паломника ли, исследователя ли в недоумение и смущение. Основным источником информации об островном монастыре и его обитателях стал Соловецкий Патерик (собрание жизнеописаний преподобных отцов соловецких), анонимно изданный в Санкт-Петербурге лишь в 1873 году. Симпатично, что сборнику житий древних соловецких подвижников (XV века) и пустынников более позднего периода (вплоть до 1870 года) были предпосланы слова из Послания святого Апостола Павла к Евреям: Те, которых весь мир не был достоин: скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли.

У истоков истории Соловецкого монастыря

Пустынничество, анахоретство получили особое самобытное развитие в русской православной традиции именно в стенах Спасо-Преображенского Соловецкого монастыря и его многочисленных скитах, пустынях и киновиях (малые монастыри, имеющие административное и духовное подчинение, в частности, соловецкому архимандриту). И именно они стали синонимами мистической прозорливости, вещего недостоинства.

Пожалуй, одной из самых известных, легендарных фигур святой соловецкой плеяды является преподобный началоположник обители Зосима Солоцкий.

Известно, что святой происходил из Новгородской губернии, из села Толвуя, что близ Онежского озера. С молодых лет Зосима был смирен, – читаем в житие преподобного, – тих и кроток и, научившись грамоте, особенно любил чтение божественных книг. Безусловно, поворотным в жизни будущего пустынника событием стала встреча его с иноком Германом, знавшим преподобного Савватия и жившим с последним некоторое время в земляной куще на Соловецком острове.

Этот остров отделен от обитаемых мест, по меньшей мере, на сорок верст волнами Белого моря, прекращающего своими льдами на восемь месяцев сообщение с берегом. Скудная растительность его, восьмимесячная темная зима с туманами и постоянной сыростью не особо привлекательны для жизни, кроме выгоды уединения и удаления от мира, – сообщает неизвестный автор Соловецкого Патерика. Но именно сюда, в эти мрачные, казалось бы, безжизненные пределы и устремлялся преподобный Зосима.

Первый опыт мистического озарения-видения посетил Зосиму вскоре после их с Германом прибытия на остров и поселения на берегу пресного озера.

Господь утешил пророчественным видением: утром преподобный Зосима, выйдя из кущи (келии), увидел необыкновенный свет, осиявающий всю окрестность, и на востоке, на воздухе, прекрасную и великолепную церковь.

Узнав об этом видении своего сопостника, Герман воскликнул:

Не ужасайся и будь внимателен; мне кажется, что через тебя Господь соберет множество монахов.

Этим слова суждено было сбыться.

Дыхание души Соловецкого монастыря

Почти через пять веков после основания Спасо-Преображенской Соловецкой обители, размышляя о возможности предвидеть будущее и зреть его духовными очами, легендарный протоиерей Свято-Андреевского Кронштадтского собора о.Иоанн Сергиев утверждал, что дар предсказания и пророчества в христианской православной практике не является чем-то совершенно немыслимым и запредельным. В данном случае, по словам протоиерея, необходимо помнить  и соблюдать два непреложных правила: постоянная молитва и мысль о долге пастыря, уполномоченного Церковью. Ведь пастырь ли, монашествующий ли становятся гласом Божиим, возвещающим прихожанам истину. Он ободряет очевидным примером богообщения, умной, сердечной молитвой. Я молюсь, я постоянно молюсь. Я даже не понимаю как можно проводить время без молитвы. Воистину – молитва есть дыхание души, – со свойственной ему эмоциональностью говорил о. Иоанн Кронштадтский на встрече с клиром в городе Сарапуле в 1904 году.

Можно ли утверждать, что именно молитвенные и постнические труды объясняют ту удивительную способность, вернее сказать, дар к предвидению и предведению, которым был наделен преподобный Зосима Соловецкий. В Соловецком Патерике читаем: Величественная ночь в монастыре, замкнутом со всех сторон тяжелыми запорами. Повсюду безмолвие, глубокий мрак, среди которого, как заветная звезда, мерцает слабый свет неугасимой лампады, горящий высоко перед образом Богоматери… Но вот ночь преполовинилась: среди повсюдной тишины, за час до благовеста и утрени, раздается на ограде и по лабиринтам коридоров беглый звон будильного колокольчика, как глас архангельской трубы, имеющей в последний день мира возбудить умерших… теперь иноки выполняют свое келейное правило и посвящают Богу самые начатки помышлений и чувствований наступающего дня. Как мы видим, такова была молитвенная необходимость, установленная самим святым Зосимой и выполнявшаяся, к слову сказать, им самим паче инех (с особым вниманием и требовательностью).

То, что сбылось

Самым известным и страшным сбывшемся предсказанием преподобного старца стало его знаменитое видение о шести головах на званном обеде у новгородской посадницы Марфы Борецкой. Все ели и пили со знаками живейшего удовольствия, а преподобный сидел молча и, по обыкновению, мало вкушал от предлагаемой пищи. Взглянув на гостей, он в изумлении опустил глаза; взглянув в другой и третий раз, он видел тоже самое, а именно: шесть главнейших бояр сидящими без голов. Поняв, что означает это видение преподобный вздохнул и прослезился, и уже не мог вкушать ничего из снедей…

Позже святой старец-тайнозритель объяснил, что должен был означать сей зловещий знак своему ученику Даниилу: Эти шесть бояр будут со временем обезглавлены. Карательный поход царя Иоанна Васильевича Грозного на Новгород сделал это пророчество реальностью: непокорные бояре были казнены.

Три прорицателя из Соловецкого монастыря

История Соловецкого монастыря знает имена еще трех подвижников (вероятно, их значительно больше), по воле Божией прозревших в глубины будущих тайн:

  • старец Наум,
  • инок Памил
  • и путынник Дамиан (Диодор).

Сохранилось в памяти несколько случаев, показывающих, что Наум обладал прозрением дел человеческих, в тайне совершаемых, и нередко обличал согрешающих, желал тем самым обратить их на путь покаяния и исправления. Так, вещий старей имел особое попечение у новоначальных (молодых) иконах, склонных в силу духовной неопытности к разного рода страстным поступкам – осуждению, гордости, высокомерию и пустословию.

Однажды два молодых послушника Соловецкого монастыря во время служения молебнов в храме преподобных Зосимы и Савватия Соловецких скрылись в алтаре за иконостасом и предались неуместной беседе, не имевшей, разумеется, никакого отношения к происходящему богослужению. Скорее всего, послушники решились на подобную дерзость, будучи совершенно уверенными, что отец Наум в храме отсутствует. И его, действительно, не было на молебне. Меж тем, невещественно обнаружив празднословцев в алтаре, прозорливый старец грозно возгласил: Что вы делаете? Смотрите, какой чад идет отсюда; вы закоптите весь иконостас! Сии обличительные слова возымели на послушников сильнейшее действие.

Иным был характер мистических тайнозрений, которых удостоился инок Памфил Соловецкий.

В житии прозорливца, входящем в корпус Соловецкого Патерика, читаем: Просветив молитвою мысленные очи, он и телесными очами способился видеть сверхъестественные явления. Неоднократно он видел явления церкви на том месте, где ныне поставлены церковь Живоначального источника… Иногда, в темную ночь он видел необыкновенный свет, озарявший окрестность их пустыни. В одну ночь, стоя на молитве, он поражен был страшным видением, и от насилия ли бесовского или от одного страха лишился чувств, а наутро найден был бесчувственно лежащим на полу.

Я видел тогда, – говорил отец Памфил в последствии, – стоящего перед окнами человека с огненными глазами, дышащего пламенем; он просился на ночлег, потом вся келия наполнилась черными воронами, которые с громким карканьем летали и кружились вокруг меня.

Продолжение традиции пророчеств Соловецкого монастыря

Склонность к апокалиптическим видениям и пророчествам была вообще характерна для русских мистиков-тайновидцев. Так, на рубеже XIX и XX столетий классическими христианскими православными оракулами становятся преп.Серафим Саровский  и уже упомянутый нами отец Иоанн Сергиев (Кронштадтский), прославленный Русской Православной Церковью только в 1990 году. Особенно велико было влияние пророчествований Соловецкой плеяды именно на Кронштадтского пастыря. Это и понятно.

Известно, что Иоанн Ильич Сергиев был родом из Пинежской округи Архангельской губернии (деревня Сура), учился в Духовной семинарии Архангельска, вполне возможно, что он посещал подворье Соловецкого монастыря, расположенное в городе. И не мог не учитывать той огромной духовной энергии, которой наполняла сия островная северная обитель окрестные пределы вплоть до Архангельска, Каргополя и Вологды.

Двойники

Особое место в лабиринте имен Соловецких подвижников принадлежит фигуре наиболее странной, так и не познанной по сей день – пустыннику Дамиану (Диодору).

В горе виделось малое отверстие. Сотворив молитву, я вошел в темную пещеру, – так начинается краткое жизнеописание пустынника. – Отшельник провел меня в другую пещеру, в которой с южной стороны было окно, освещавшее внутренность. Тогда я рассмотрел незнакомца: он был наг, с малой бородой, тело его было черно. В пещере поставлены были четыре сошки; на них положены две доски и два корытца, в одном вода, в другом моченая трава. Таким образом, подвизаясь по пещерам и ущельям земли, старец Дамиан стяжал (получил) такую глубину молитвенной отрешенности, что полностью погрузился в состояние мистического зрения, вещего провидения.

Личность Дамиана своеобразна.

Известно, что некий схимник Диодор, спасавшийся позже на реке Онеге, на Юрьевой горе воздвигнувший здесь Троицкий храм, проложивший начало здесь же обители и почивший в 1633 году, называл себя именно Дамианом Соловецким и прозревал все его подвиги земные и небесные.

Старец – старица Соловецкого монастыря

Духовное двойничество становится показательным явление для русского монашества уже в XVIII веке. Удивительном в этом смысле оказывается тайна старца Досифея (предположительно из Киево-Печерского монастыря) – духовника и наставника Серафима (Мошнина), будущего великого Саровского старца и молитвенника. После смерти Досифея выяснилось, что этот старец был… женщиной по имени Досифея Тряпкина.

Большей частью мотивы подобных превращений тел следует искать в области мистириального, неподдающегося рациональному осмыслению богомыслия и боговидения. Случай с пустынником Дамианом (Диодором Юрьегородским) лишний раз подтверждает пророческие слова из Писания: И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геене.

В заключение же вновь обратимся к Соловецкому Патерику:

Кроме этих рутынников в диком лесу Соловецкого острова предание называет многих других подвижников, искавших спасения в самом строгом безмолвии. Таковы были Адриан, Савва, Нестор, стяжавшие по примеру Святых Отцов церкви молитвой и постом от Господа удивительный дар к провидению и тайнозрению.



Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *