<

Раздел «Система баланса»

Просмотров: 256

Раздел «Система баланса» является вступительной частью книги П. Стуре «Система поля», посвященной проблеме энергогравитационного взаимодействия окружающих полей реальности. В книге рассматривается история попыток создания непротиворечивой теории всего сущего (ТВС), предпринимаемых многими выдающимися учеными современности. Предлагается собственное видение проблемы.

Раздел «Система баланса»

… нельзя считать правильным, что единственная цель научной теории состоит в предсказании результатов экспериментов… эксперименты лишь позволяют проверить, верна ли теория. Цель теории — познать окружающий нас физический мир.
А. Садбери.

1

Саморегулируемая система баланса возникает в природе самопроизвольно и существует как спонтанное, непреднамеренное взаимодействие естественных сил. Стихийные силы, действующие и наблюдаемые в природе как спонтанные и непредсказуемые явления и процессы, в сущности постигаются как баланс самопроизвольной регуляции, комплексное и взаимосвязанное усилие которого обеспечивает устойчивое состояние окружающей действительности. Регуляционный баланс природы восстанавливается в процессе самоорганизации как функциональная система взаимодействия, которая поддерживает устойчивость естественной конструкции мироздания не позволяя ей разрушиться под натиском не уравновешенных сил стихии. Функциональную структуру системы баланса повторяет в себе эволюционирующая система познания, сохраняющая собственную устойчивость благодаря найденному пропорциональному соотношению развивающихся стихийно элементов, теории и опыта. В их сбалансированном взаимодействии мы видим суть того, что Лейбниц удачно называл предустановленной гармонией мира. Система познания, развивающаяся как часть глобальной макросистемы человеческого социума, в своем функциональном назначении играет роль баланса между знанием и незнанием, устойчивостью и неустойчивостью, бытием и небытием. Незнание ведет к неустойчивости, неустойчивость разрушает системную структуру, а деструктурированная система поглощается хаосом. Система познания генерирует энергию, необходимую социуму чтобы противостоять разрушающему воздействию энтропии. Энергией системы является знание, вырабатываемое как потенциал сбалансированного, устойчивого и безопасного существования социума.

Система познания является искусственной конструкцией создаваемой с целью удовлетворения определенных человеческих потребностей, естественных и опосредованных культурой развивающегося социума. На первой стадии развития человеческой формации в системе познания вырабатываются устойчивые гнозио и лингвоморфологические    конструкции осмысленного языкового описания окружающей действительности, отражающие ее характер и свойства. Из этих смысловых конструкций, созданных первым человеком для отражения переменчивого характера природы, как из мельчайших крупинок вещества замешивается глина и вылепляются первые кирпичи строящегося укрытия от непогоды.

На начальном этапе строительства система познания является средством удовлетворения естественных потребностей человека, он учится возводить элементарное жилище, крепкие и устойчивые стены которого не позволили бы его роду раствориться в хаосе первобытной стихии. Смысловые конструкции наиболее ранней, античной системы познания уже настолько совершенны, что ими и по ныне продолжают любоваться как величайшими художественно-культурными произведениями, исполненными высокой гармонией смысла, эстетического изящества форм и истинной ценности предметного знания. Смысловые конструкции системы познания Нового времени также не лишены изящества форм, они наполнены фундаментальным объективно-истинным знанием законов природы, отражают переменчивый характер окружающей действительности и удовлетворяют явно возросшим потребностям естественного человеческого бытия, приобретая при этом свойства функциональных элементов развивающегося сознания, все более опосредованного искусственной культурой социума.

Продуктивно-познавательная система науки Нового времени отличается от эстетико-гуманитарной модели античного знания прежде всего ярко выраженной технократической направленностью своего метода. В системе баланса докапиталистической формации  научный метод познания является доминирующей структурой устойчивости, на которой держится общественное устройство социума. Функциональное устройство Вселенной, объяснимое геоцентричной системой Коперника как устройство небесной механики, выполнено как эталон технократической модели, ее структура проста и продуктивна как элементарное мануфактурное производство, работающее размеренно, устойчиво и постоянно.

Возникающее в капиталистическом обществе технологическое машинное производство начинает развиваться опережающими темпами и постепенно становится главным элементом системы баланса, доминирующей в социуме и определяющей характер его устойчивости. На смену мануфактурам и фабрикам, работающим в низко энергетическом режиме, потребляющих сырье и производящих продукцию в пределах естественных потребностей, и саморегулируемых в пропорциях такого же естественного спроса, в XIX веке приходит новое индустриальное производство, которое ломает неторопливый и размеренный ритм равномерного простого воспроизводства коперниканского социумного устойства. Новая индустриально-технократическая система социума эпохи раннего капитализма устроена по принципу работы первой паровой машины, патент на которую еще 1784 г. получил американский изобретатель Джеймс Уатт. Ведущим элементом системы баланса капиталистической формации становится газотермодинамический двигатель двойного действия, в котором поршень приводится в движение кинетической энергией сжатого под термическим давлением пара, и совершает прямой рабочий и связующий обратный ход системообразующего термодинамического взаимодействия.

Паровой двигатель работающий по принципу выравнивая термодинамического баланса тепловой энергии и механического действия, становится первым образцом технико-технологической эволюции искусственного инструментария, и, благодаря его использованию, стабилизируемое состояние устойчивости человеческого социума теперь многократно упрочилось. Искусственный энергопотребляющий механизм термодинамического действия врезается как автономный узел в естественную систему энергетического баланса планетарной биосферы и начинает эксплуатировать ее как доступный, бесплатный и неограниченный источник энергии. Изобретение парового резервуара, конденсирующая емкость которого используется для накопления потенциала тепловой энергии, позволяет преобразовывать лучистую энергию Солнца, концентрируемую в угольных слоях за миллионы лет естественной эволюции природы, образуя в топке паровозного котла искусственный регулируемый источник тепла. Извлекаемая из сжигаемых в огромном количестве природных ресурсов, потенциальная энергия Земли и Солнца превращается в кинематику ускорения энергоемких паровозов. Но крайне низкий КПД примитивного парового двигателя не позволяет адекватно использовать полный потенциал энергии тепла, высвобождаемого из углеродного сырья в реакции горения. Большая часть освобожденной потенциальной энергии при этом рассеивается в пространстве, но не исчезает из реальности, не испаряется в ничто, а согласно действующему в природе принципу обратной связи, сохраняется в другом ее слое, создавая в биосфере так называемый парниковый эффект.

Естественное устойчивое состояние энергообмена между различными слоями реальности нарушается не сбалансированными потоками искусственного рассеивания энергии, и, в результате, в природной биоэнергосистеме возникает неустойчивое состояние разности потенциалов, выравниваемое в процессе самопроизвольных флуктуаций среды. Появившееся, в следствие эпохального события изобретения первого парового двигателя, новое направление технико-технологической эволюции (ТТЭ), с одной стороны, позволило благодаря инновации в его внутреннюю структуру работающей системы термодинамического баланса многократно упрочить стабилизируемое состояние человеческого социума, с другой стороны, внедрение этой искусственной конструкции в природную реальность нарушает сложившийся здесь естественный баланс энергообмена  и создает реальные предпосылки неустойчивости системы, способные в будущем серьезно повлиять на жизнеспособность и устойчивость социума.

Изобретение термодинамической машины Уатта может рассматривается в историческом анализе истоков ТТЭ как событие особой, первостепенной значимости, масштабность которого определяется колоссальным потенциалом энергии знания, концентрированной в этом искусственном интеллектуальном продукте ТТЭ. Потенциальная энергия знания заключается в творческом замысле созданного продукта, в его концептуальной идеи изобретения, в новаторском технологическом методе системы термодинамического баланса, используемого в самых различных направлениях ТТЭ, по аналогии первой модели паровой машины, что, в итоге, позволило создавать новые, селективные и модернизированные образцы двигателей, появление которых имело решающую роль в переходе от ремесленно-промыслового мануфактурного хозяйства к машинно-механической системе капиталистического социума.

Надежная и безотказная, конструктивно не сложная и весьма устойчивая механистическая модель термодинамического баланса капиталистического социума воспроизводит себя в не только бесконечном селективном отборе лучших образцов ТТЭ, создаваемых по аналогу технологического продукта первой паровой машины Уатта, она воспроизводит себя в науке, экономике,  искусстве, а также в любых других элементах развивающейся технократической культуры. Складывающийся в сфере воспроизводства науки инновационный баланс регулируемого механистического устройства является таким же искусственным интеллектуальным механизмом ТТЭ, как и другие его клонированные продукты, сохраняющие основные черты своей логотипной информационной матрицы.

Развивающаяся в социуме сфера научного познания постепенно утрачивает самодостаточную роль доминирующего элемента в системе баланса докапиталистической формации, и превращается в важнейший самогенерируемый элемент механистического жизненного биотехнологического устройства цивилизации. Продуцируемое в течении ТТЭ новое устройство прикладного (отраслевого) знания становится инструментальной, методоориентированной инновационной системой познания, призванной выполнять задачи поставленные перед ней потребностями развивающегося механистического социума. Функционирующая в режиме парового котла система поглощает в виде топливных и сырьевых ресурсов накопленную в биосферном пространстве планеты солнечную энергию и рассеивает ее в пространстве, сжигает в топках своих производств для накопления капитализированного потенциала, который расходуется как кинетическая энергия для финансирования воспроизводства и созидательного строительства, а также для приоритетного стимулирования научного познания, выполняющего задачу  постоянной модернизации капиталистической машины, работающей на полных оборотах.

Действующая как инструментальная система генерации энергии знаний, капиталистическая модель познания  позволяет вырабатывать потенциал устойчивости необходимый для интенсивного воспроизводства капитализируемых ценностей технократической механистической формации. Накопленный в социуме потенциал фундаментальных научных и прикладных отраслевых знаний выполняет свою функциональную роль в системе баланса как элемент обладающий свойствами подобно энергии, конденсируемой в информационных полях, преобразуемой в материальные и финансовые  потоки капитализированных ценностей, наполняющих технократическую формацию. Устойчивый баланс энергии знаний и динамизм капитала образуют в социуме экономическую систему взаимодействия, обладающую характерными свойствами механизма саморегуляции.

Баланс саморегуляции экономики капиталистической формации является организованной, структурной, механистической и саморазвивающейся системой. Система функционирует в режиме накопления (генерации) потенциальной энергии знаний с последующей материализацией и преобразованием в кинетическую энергию капитала. Прямые информационные потоки энергии знаний вливаются в индустриальное производство способствуя повышению его производительности и росту капитала. В системе обратной связи капиталы частично реинвестируются в сферу научных знаний стимулируя ее дальнейшее развитие, и частично направляются на финансирования воспроизводства и потребление. В результате подобного экономического процесса взаимодействия и обратной связи научного познания с индустриальным производством в период эпохи раннего капитализма была написана целостная картина объективно-истинного знания, заложился  фундамент пирамиды позитивных наук, сложилась функционирующая эффективная система генерации искусственной интеллектуальной энергии, обеспечивающая развивающийся социум необходимым балансом устойчивости.

Механизм экономической саморегуляции работающий с целью удовлетворения потребностей, связанных с обеспечением в системе необходимого баланса устойчивости, возникает в социуме на самых ранних стадиях его развития, начиная от эпохи неолита и господствующих в этой среде первобытных отношений естественной регуляции. Многочисленные археологические свидетельства подтверждают, что в этот период в неравновесной естественной среде возникают первые предпосылки нарушения баланса устойчивости, связываемые с усилением активной деятельности человека. В этот же момент проявляют себя первые признаки первобытного искусственного социума, в структуре которого вырабатываются зачатки регуляционных отношений стимулирующих появление видов деятельности человека, отличных от доминирующей в период палеолита беспрецедентной массированной охоты, в результате которой из природы поголовно вырезались целые слои диких животных.  Истощение биоценоза, по мнению этнографа Даймонда, к которому привело именно неограниченное истребление крупных животных, и заставило первобытного человека вырабатывать новые реакции на изменение окружающей среды. Система социума продуцирует в себе энергию знаний, которая для части племен приобретает форму элементарных навыков оседлого земледелия и скотоводства. Применение информационных интеллектуальных навыков, вырабатываемых как методы и приемы воспроизводства жизни, существенно обогатили первобытный социум не только новым видом земледельческих орудий, но и новым типом внутриродовых связей и межплеменных отношений. Изучающий причины неравномерного развития различных общественно-социальных устройств в неолитический период перехода от изолированных племен к племенным союзам –»вождествам», Даймонд справедливо отмечает, что только тогда «люди впервые в истории научились регулярно встречаться с незнакомцами, не пытаясь их убить».[1]

Спонтанное явление самоорганизации, наблюдаемое на самых ранних стадиях развития человеческого социума, начинается как закономерный исторический процесс обусловленный действием причинно-следственного механизма существующего в природе энергообмена между различными слоями нашей реальности. Сложившийся в природе естественный баланс равновесия между различными слоями биоценоза нарушается в результате массированного истребления отдельных популяций животных. Угроза голода и внутривидовая конкуренция заставляет первобытных людей объединятся в системообразующие социальные отношения. Укрепление этих отношений и связей обеспечивает внутреннюю устойчивость системы. Накопленный и переработанный потенциал живой природы уходит из одного слоя реальности и конденсируется в ее новом слое, образуемым человечеством, вскормленном биологической  массой убитых животных, послуживших ему необходимым источником энергетического ресурса. В социумном слое реальности потенциал этого ресурса сохраняется, накапливается и преобразуется в энергию знаний, и уже в этой преобразованной форме, в виде информационных потоков, образующих интеллектуальные навыки продуктивного землепользования, вливается обратно, в реальность живой природы, обеспечивая тем самым обратную связь системы баланса регулирующего устойчивое и равновесное сосуществование естественной среды обитания и, овладевшего культурой земледелия и скотоводства, искусственного человеческого социума.

Наблюдаемое на примере возникновения раннихсоциальных отношений и взаимосвязей спонтанное проявление самоорганизации свидетельствует о заложенной в структурируемой и саморазвивающейся  системе  потенциальной возможности самопроизвольно вырабатывать в  себе необходимый потенциал устойчивости. Потенциал устойчивости как энергетическое поле предохраняет систему от неблагоприятных изменений окружающей среды. Как динамическая структура, потенциал обладает способностью переходить из одной формы состояния в другую, преобразовываться из информационных потоков интеллектуальной энергии знания в устойчивые структуры связи и равновесные отношения динамической энергии материального существования. Информационное познание и материальное производство, образуемые систему взаимодействия формы знаний и структуры связей, необходимо рассматривать как элемент единой макросистемы энергоматериального баланса, существующего в природе и обеспечивающего устойчивое сосуществование искусственной реальности социума  и его естественной среды обитания.

2

Философское исследование различных слоев и срезов физической реальности, формулирующе термины и понятия феноменологического описания на микромолекулярном уровне и в макроскопическом масштабе термодинамики и биоантропологии, допускается в пределах рационалистической традиции, продолжаемой в рамках современного системного научного метода, а также на основе междисциплинарного синергетического подхода, оперирующего новыми категориями методологического описания явлений самоорганизации. Используемая в исследовании эволюционную модель системы баланса устойчивости рассматривается как концептуальная причинно-следственная зависимость, установленная путем экстраполяция научного метода естествознания в сферу биотехногенной человеческой жизнедеятельности. Наблюдаемые в современной действительности капиталистического общества процессы и явления социально-культурной жизни и промышленно-индустриального производства объяснимы с позиции всеобщего закона сохранения энергии, согласно которому, потенциальная энергия научных, технических и культурных знаний сохраняется в искусственном слое реальности и преобразуется в динамические, капитализируемые, материальные структуры связи, позволяющие системе человеческой цивилизации противодействовать разрушительным изменениям окружающей среды.

Устойчивое состояние системы возникает закономерно в результате стабилизации собственного термодинамического потенциала, складывающегося как система баланса из элементов энергообмена,  происходящего между различными слоями  реальности. Составляющие микроскопический уровень реальности термодинамические процессы, протекающие в форме теплообменных фазовых переходов, описываемы в терминах неравновесной термодинамики как наблюдаемые явления устойчивых динамических взаимодействий. Сопровождающиеся обменом тепловой энергии, термодинамические фазовые переходы из одного состояния вещества в другое измененное состояние причинно обусловлены накапливаемым как энергия потенциалом устойчивости,  переходящим в различные по форме взаимодействия динамических структур связи, и, тем самым, обеспечивающим условия существования неравновесной системы.

Система существует сохраняя потенциал устойчивости, способный активно противодействовать разрушающим изменениям окружающей среды. В работе направленной на противодействие энтропии системы участвуют устойчивые структуры связи, сформировавшиеся в процессе внутренних взаимодействий элементов системы.

Включающая в себя множество микромолекулярных элементов, не арифметизируемая численным рядом, неравновесная термодинамическая система обладает способностью самостоятельно сохранять устойчивое состояние в течение некоторого времени, активно противодействуя разрушающему воздействию энтропии. Эта работа выполняется за счет внутреннего потенциала энергии, преобразованного в устойчивые структуры связи, сложившиеся в результате длительного динамического взаимодействия,  коррелирующих между собой элементов системы.

Передавая  друг другу, посредством удара, импульс энергии, молекулы газа находящиеся в хаотическом движении постоянно взаимодействуют, создавая устойчивое пространство неравновесной молекулярной системы. Равномерно заполненное молекулярными частицами устойчивое  пространство газа внешне выглядит как некий бесформенный прозрачный сосуд, открытый и не запечатанный. В качестве такого сосуда легко представить планетарную биосферу Земли, неравновесную систему которой составляют различные газовые слои атмосферной оболочки. Живущие внутри этой газовой оболочки люди путем опытного наблюдения установили, что, не смотря на отсутствие стенок сосуда, неравновесная атмосфера Земли не рассеивается в пространстве, а продолжает сохранять стабильное и устойчивое состояние в течении практически бесконечно продолжительного времени. Постоянная величина плотности и значение переменной высоты измеряемого газового слоя, согласно выведенной Больцманом эмпирической зависимости, может быть установлена как закономерность пропорционального распределения плотных слоев атмосферы, заполненной тяготеющими молекулярными частицами газообразного вещества. Однако из этой зависимости теоретически может последовать вывод, что любая газообразная система может удерживать свое состояние устойчивости невообразимо долго, только потому что находится в поле действия гравитации. Собственный потенциал структурной устойчивости, обеспечивающий системе необходимую энергию внутренних связей, в этом соотношении Больцмана как производное значение не учитывается. Гравитационное взаимодействие, постулируемое законом всемирного тяготения, является единственной основопричиной закономерно объясняющей, каким образом, как в несуществующих стенках сосуда бесконечно долго сохраняется и не рассеивается газовая атмосфера.

Система способна сохранять устойчивое состояние в пределах пространства заполненного энергией системы, и в пределах времени, в течении которого воздействие энтропии не превышает по абсолютному значению потенциал полной энергии системы.

В момент, когда одно из двух противоположных состояний-аттракторов начинает увеличивать свое абсолютное значение, нарушается система баланса. Если в результате притока извне увеличивается некоторое, относительно малое количественное значение энергии, в системе сохраняется прежняя устойчивая структура связи, но изменяется ее температурный баланс, и изменяется объем переменного пространство системы. Продолжающий поступать в систему поток энергии увеличивает температурное значение до некоторого критического порога, за которым старые устойчивые структурные связи разрушаются и система претерпевает качественные изменения. В случае, если приток энергии на этом прекращается, система стабилизируется в своем новом состоянии, восстанавливая структурные связи в новой форме еще более устойчивого динамического состояния. Устойчивое динамическое состояние системы возникает в результате взаимодействия потоков энергии, поступающей в систему извне, и деструктурированных полей старого потенциала устойчивости, утратившего в момент фазового перехода свою форму структурных связей, но сохранившего значение собственного импульса энергии в качественно новом состоянии системы.

Если структурные связи некоторого начального состояния устойчивости, разрушенного потоками энергии, были детерминированы гравитационным взаимодействием, так как это имеет место в любых энергосистемах существующих в полях планетарного тяготения, то возникающие качественное состояние устойчивости в структурах связи атмосферных слоев будет детерминировано особой формой динамического взаимодействия, которое складывается в систему из двух импульсов энергии и гравитации. Система энергогравитационного взаимодействия является наиболее устойчивой динамического формой для любого агрегатного состояния материального вещества, существующего в природе на микромолекулярном и макробиологическом уровнях реальности. Энергия и гравитация во взаимодействии образуют систему баланса, благодаря которой любые структуры связей многократно усиливаются. Планетарная гравитационная энергия структурных связей различных природных сред поверхности и атмосферы, подпитываемых потоками солнечной энергии, может сохранять свое устойчивое состояние невообразимо долго, и, лишь в результате прекращения поступления энергии извне, система становится изолированной, тогда, согласно второму началу термодинамики, энтропия изменяет баланс устойчивости в свою сторону.

Структурные связи системы, сохраняющие баланс устойчивости, возникают и разрушаются, энергия структурных связей не исчезает, а превращается в энергию динамического взаимодействия, посредством которого сохраняется в новых формах восстанавливаемой структуры связи.

В неравновесных системах термодинамики, наблюдаемых на микромолекулярном уровне реальности, доминирующими являются гравитационные структурные связи, которые позволяют системе сохранять собственный потенциал устойчивости за счет реструктуризации его в определенной форме динамического состояния. В застывших формах кристаллов полная энергия системы сохраняется за счет сверхпрочной, устойчивой структуры динамического гравитационного взаимодействия, в котором находятся неподвижные, относительно друг друга, молекулы вещества, удерживаемые в агрегатном состоянии твердого тела. В качественно измененном неравновесном состоянии жидкого или газообразного вещества кристаллическая структура связей нарушена сообщенной энергией системе. В измененном состоянии вещества, в процессе самоорганизации, спонтанно создаются упорядоченные структуры нового динамического устойчивого состояния. При переходе  из одного агрегатного состояния вещества в другое, устойчивый структурированный порядок возникает из хаоса вихревых динамических потоков движения энергии и молекулярных частиц материи, высвобожденных из разрушенной структуры связи предыдущего устойчивого состояния жидкости или твердого вещества.

Возникаемые в процессе самоорганизации равновесные состояния термодинамических процессов и регулятивные траектории динамики материальных тел, представляющие собой множество упорядоченных, коррелированных, согласуемых между собой форм движения,  проявляют себя на поверхности явлений природы в самых разнообразных формах взаимодействия и взаимосвязи, которые создаются спонтанно и непредсказуемо, наблюдаются в действительности как необъяснимые и не обоснованные структуры порядка, первопричинно рождаемого из хаоса неустойчивых неравновесных сред. Существующая в природе и  наблюдаемая на различных микромолекулярных и макроскопических срезах реальности, эволюция порядка из хаоса становится особенно излюбленным объектом многочисленных научных исследований объективистского толка, пытающихся увидеть в закономерности явления спонтанной самоорганизации структурных связей первопричину случайного, непредсказуемого и непостижимого происхождения всего сущего. Публикуемые в современных научных изданиях различные философские трактовки, концептуальные модели, методологические гипотезы предлагают в недоступной для широкого круга лиц заинтересованных читателей, и, по признанию специалистов, малопонятной даже для подготовленной аудитории, форме изложения, философско-методологическую концепцию спонтанной саморегуляции естественных природных процессов и явлений, выполненную в рамках рационалистической объективистской традиции познания. К числу опубликованных в конце XX столетия наиболее заметных работ, в пределах указанной тематики, особое место занимает творчество видного теоретика физико-химических неравновесных и неустойчивых состояний и процессов Пригожина, монументальное произведение которого «Порядок из Хаоса» стало настоящим бестселлером для научной общественности наших дней.

Понимая, что история науки радикально изменилась в XIX веке с появлением тепловых машин, паровозных котлов и топок, многие крупные физики, такие как Больцман, творчество которого скрупулезно исследует в своей книге Пригожин, остро чувствуют, что это явление технико-технологической эволюции способно изменить весь энергетический баланс природы, складывающийся естественным путем в процессе биологической эволюции. Возникшую в природе брешь, из которой улетучивается энергия, более нельзя игнорировать, «пренебрегая тем решающим фактом, что использованное тепловой машиной горючее исчезает навсегда».[2] Подобному благодушному настроению должен был прийти конец, и символом конца такой благодушной науки «стал резервуар энергии, запас которого грозил иссякнуть. Мир горит как огромная печь; энергия, хотя она и сохраняется, непрерывно рассеивается».[3] Рассеивание энергии, наблюдаемое как естественное природное явление, объяснимое вторым началом термодинамики, за счет действия энтропии, стремящейся в изолированных системах к максимуму, превращается для Пригожина в доказательство необратимости любых процессов и явлений, изменяющих в течении времени свое первоначальное состояние, рано или поздно преобразуемых в необратимо рассеиваемые диссипативные структуры, являющиеся объектом его феноменологического исследования.

Особый интерес у Пригожина вызывают естественные химические реакции, играющие первостепенную роль в биологии, где рассматриваются как прототипы необратимых процессов. Элементарный процесс естественной реакции описуем системой дифференциальных уравнений традиционной химической кинетики, в которых, с одной стороны, производными элементами, выражающими динамическую форму движения молекул, являются величины скорости мельчайших частиц вещества, участвующих во взаимодействии химической реакции, и, с другой стороны, элементами выражения качественного изменения состояния вещества, наполняющего своим содержанием реакцию, является вероятностная оценка его молекулярной концентрации. Концентрация реагентов в классической химической кинетике рассчитывается на основе точного арифметического ряда значений скорости реакции сопоставляемого со вероятностным статистическим рядом усредненных значений концентрации. Индетерминистическая оценка молекулярного содержания реагента имеет целью дать количественное выражение реакции, протекающей во взаимодействии тепла, энергии связей и гравитации, но аппарат классической детерминистической механики не позволяет получить математически корректное решение этой задачи.

В систему описания класса нелинейных реакций, известного в биологии как кросс-катализ, включаются характеристики системы обратной связи, переменные величины которых отражают скорости таких необратимых процессов как перенос тепла и диффузия вещества. Необходимым математическим арсеналом средств и методов формализованного описания подобных явлений необратимости располагает термодинамика необратимых процессов, в которой помимо скоростей или потоков используется понятие обобщенная сила, или причина вызывающая потоки. Согласно закону Фурье, поток тепла пропорционален градиенту температуры, следовательно градиент температуры и есть та обобщенная сила, которая создает поток тепла. По определению, и поток и сила, в состоянии теплового равновесия, равны нулю.[4] В химической кинетике влияние потоков энергии на скорость реакции не учитывается, соотношение равновесия в концентрациях вещества определяется по старинке, только на основе действующих гравитационных сил. Для описания необратимых процессов в химических реакциях вводится аналитическое понятие сродство, выражающее действие обобщенной химической силы, используемое подобно градиенту температуры, определяющему физические направления динамических потоков обмена энергии, необратимые во времени. При достижении равновесия в концентрации вещества химическое сродство обращается в нуль, и, если равновесие нарушается, данная обобщающая сила реакции определяет необратимое направление изменения концентрации. Таким образом, выясняются обстоятельства того, что необратимые химические процессы, точно также, как необратимость в термодинамике, по сути описываемы одними и теми же уравнениями, из чего уже может последовать неизбежный вывод о существовании единой закономерности сбалансированного равновесия естественной природы. Однако, как видно из дальнейшего материала, объективистское мировоззрение Больцмана, и, цитирующего его, Пригожина приводит их к совершенно другому выводу.

Явление необратимости наблюдаемых в природе термодинамических процессов, для Пригожина, является следствием объективной закономерности происходящей естественной диссипативной дисструкции энергии, которая, согласно второму началу термодинамики, способна необратимо деградировать приближаясь к состоянию-аттрактору, именуемому хаосом окружающей среды. Состояние первозданного, первопричинного хаоса поглощает энергию, как некое упорядоченное состояние, которое необратимо рассеивается, растворяется и исчезает из окружающей среды. Явление необратимой диссипации энергии накладывает отпечаток на все наблюдаемые в термодинамике теплообменные процессы протекающие во времени и подобно времени.

Течение времени подобно стреле летящей из прошлого в будущее, для Больцмана это движение от невероятного мира к вероятному, в пространстве которого «в целом два направления времени являются неразличимыми, так как в пространстве нет верха и низа. Но точно так же, как мы … называем «низом» направление к центру Земли, так и … направление времени, ведущее к более невероятным состояниям … всегда будет обнаруживать «начало»».[5] Объективную реальность простирающуюся бесконечно во времени Больцман осознает интуитивно, благодаря своему таланту вне пространственного видения реальности необратимых термодинамических процессов, но он не приходит к пониманию, что эта же реальность, детерминированная действием сил гравитации, замкнута внутри ограниченной сферы пространства. Больцман старается постигнуть сущность явления необратимости, он пытается сравнивать его течение с бесконечным однонаправленным течением времени, но чтобы выработать доказательство закономерного течения необратимости ему необходимо найти убедительное причинно обоснование. Единственным убедительным причинным законом его времени остается закон всемирного тяготения, который Больцман использует стремясь объяснить явление необратимости, прежде всего для себя. Но этот закон не объясняет явления находящиеся вне объективной реальности, сферы, в которой измерения пространства и времени инвариантны. Так же как и течение времени, явление термодинамической необратимости является космологическим, вселенским процессом, для постижения сущности которого сознание Больцмана должно было бы вырваться из объективной реальности, но ему не удается совершить этот прорыв, потому он уходит из жизни так и не сумев преодолеть противоречие сопоставления несопоставимого. Можно сказать, что в историю великих заблуждений науки трагическая ошибка Больцмана была вписана как трагедия жизни и смерти великого человека.

3

Открытие принципиально нового, ранее неизвестного объективно-истинного знания и заблуждение, уводящее нас сторону от истинного пути познания, в результате неправильного понимания сущности открытого объективного знания, в истории науки соседствуют вместе, зачастую переплетаясь и делаясь неразличимыми для стороннего наблюдателя. В наиболее превосходной степени значимости, как правило, представляют научные достижения выполненные в области естествознания, и  актуальные для использования в самых широких областях научной сферы. В рационалистической традиции философии объективно-истинного знания наиболее значительные научные достижения рассматриваются с точки зрения принципа причинно-следственного обоснования, как информационные описания объяснимых и закономерных процессов и явлений окружающей действительности, происходящих объективно и независимо от сознания изучающего их субъекта познания. Объективно-истинному знанию, открытому в результате выдающихся научных достижений, сопутствует выводимое  причинное обоснование закономерности описываемого явления, которое, как правило, строится на основе доказательства его объективности.

В ряду великих открытий и таких же не менее великих заблуждений, связываемых с доказательством объективности знания открытых истин, заслуживает признания история основания экспериментального метода физики элементарных частиц, в которой тесно переплетаются впечатляющие достижения, выдающиеся результаты и триумфальные победы открывающие прекрасные перспективы в постижении реальности невидимого для нас мира микрочастиц материи, и утраченные иллюзии, горькие разочарования и сокрушительные поражения прославленных, всемирно известных и знаменитых ученых, создавших фундаментальную и незыблемую основу рационалистической традиции современного научного знания.

В именах, среди наиболее выдающихся современных ученых, с личностью крупного австрийского физика Шредингера связаны великое открытие и парадоксальное заблуждение, история которых не менее интенсивна по количеству событий и не менее драматична по накалу страстей, чем история достижений и ошибок в неравновесной термодинамике. Создавая свое знаменитое уравнение волновой функции Шредингер по сути открывает окно в мир волновых явлений и процессов, в измерение энергии и света, в реальность пространства наполненного потоками электромагнитного излучения. В летопись истории науки вписывается страничка новой модели описания процессов и явлений окружающей действительности, постигаемых в сущности как энергия, протекающих во времени и оставляющих свою траекторию в пространстве объективной реальности.

Закономерно существующий естественный баланс модуляции динамических колебаний, описываемых в уравнении Шредингера как устойчивое состояние волновой функции, несущей в пространстве импульс электромагнитный энергии, распространяется на все волновые процессы и явления, существующие в природе и наблюдаемые в окружающей действительности. Значение предлагаемой в уравнении волновой функции принципиальной модели описания динамики траектории корпускулярно-волнового потока энергии раскрывается в его новации фундаментального основания теоретической системы нового типа, составленной из элементов реалистического предметного знания эмпирической теории и всеобъемлющего математического метода научного познания. Выполняемое в лучших традициях детерминистической модели описания, уравнение волновой функции Шредингера закладывает функциональную и структурную взаимосвязь системы баланса реальности всего сущего, математически интерпретирует физический мир электромагнитной энергии, текущей волнообразными потоками.

Объективно, мы можем представить физический мир как окружающее пространство наполненное потоками энергии, текущими необратимо во времени и подобно времени. Математическая интерпретация волновой функции позволяет описывать траекторию любого потока энергии, вычисляя значение его координаты и импульса. Драматическое заблуждение Шредингера заключается в использовании в качестве точки отсчета, для вычисления импульса волнового течения энергии, традиционной координаты пространственного измерения времени. Его вне пространственное видение глубоко охватывает реальность измерения энергии в котором он пытается найти метод измерения импульса.  Он понимает что реальность потоков энергии балансирует как амплитуда элементарной волновой функции и создает универсальное уравнение, фактически описывающее эту реальность. Но он ни как не может понять, что объективная реальность нашего физического мира это совсем иное измерение, в которое проникают потоки энергии волнами катящими из плюс бесконечности в минус бесконечность.

Осознать наблюдаемую реальность как нечто замкнутое в ограниченной сфере пространстве Шредингеру не позволяет его объективное мировоззрение. Деклариремый им принцип объективации предполагает, как необходимое условие получения объектино-истинного знания, исключение из реальности наблюдателя явления волновой функции. В своей философской работе «Разум и материя» Шредингер утверждает принцип объективации как «гипотезу реального мира». Мы ставим перед собой целью решение бесконечно сложной задачи природы, «не обладая о ней знаниями и не имея строгой систематизации природы, мы исключаем Субъект Познания из области природы, которую стремимся понять. Мы собственной персоной отступаем на шаг назад, входя в роль внешнего наблюдателя, не являющегося частью мира, который благодаря этой самой процедуре становится объективным миром».[6] Отступая на шаг из объективной реальности Шредингер начинает понимать ее независимо, то есть извне. Но наблюдая реальность извне, он не должен видеть ее как локальный предмет или область исследования, от которой необходимо абстрагироваться. Он должен был, по идеи, увидеть ее как некую целостность, или как пространство-время, но не бесконечное, а замкнутое в поле гравитации, как предмет имеющий форму, например как сферу нашей планетарной биосферной оболочки. Но объективное пространство Шредингера бесконечно, оно не ограничено ни какими оболочками, и в нем соотносятся, как сами с собой, причина и следствие явления волновой функции. Такое явление становится самопроизвольным, самопричинным и соответственно непредсказуемым и непознаваемым.

Волновая функция Шредингера самопричинна, она возникает самопроизвольно и распространяется как спонтанное непредсказуемое течение электромагнитной волны. Течение или поток энергии движется в пространстве как обратимые колебания линейной волновой функции по оси нелинейного необратимого течения во времени. Механика обратимых колебаний позволяет, казалось бы без труда, вычислять координату и импульс распространения энергии. Но полное измерение пространственной координаты оказывается затруднительно произвести одновременно с полным измерением импульса. Отсюда возникает самый знаменитый парадокс квантовой механики, парадокс времени, или, как его часто называют парадокс наблюдателя Вселенной.

Многиеисследователи пытающиеся разрешить парадокс квантовой механики отмечают в качестве причины его происхождения объективистскую позицию наблюдателя вмешивающегося своими действиями в ход эксперимента и изменяющего тем самым его течение. По мнению многих современных аналитиков квантовой физики, характеризмерительных приборов и устройств используемых в экспериментальном исследовании, но не являющихся квантовыми объектами является виной парадоксального наблюдения.  Некоторые исследователи, например Раэ и фон Нейман, которых цитирует Пригожин в очередном натурфилософском бестселлере «Время, хаос, квант», не снимают с человеческого сознания ответственность за иллюзорное эмпиристическое восприятие квантовой реальности наблюдаемой объективно. Наблюдаемые объекты вообще начинают обладать квантовыми свойствами, как считает Раэ, только после того как эти свойства измерены, но при этом, он не осознает, могло бы существовать вне физики и вне объективной реальности, нечто еще, способное произвести измерение. Очевидно, что этим нечто могло бы быть только наше сознание, но вывести его за пределы объективной реальности Раэ не предполагает. Во избежание произвольного характера существующего противоречия между квантовой системой и измерительным прибором, используемым для эмпиристического наблюдения, фон Нейман справедливо предположил, что вне квантовой теории должна оставаться только одна сущность – человеческое сознание. Но может или нет наше сознание посредством производимых нами наблюдений отвечать за коллапс волновой функции или за смерть кошки Шредингера, на этот вопрос не может найти убедительный ответ даже такой крупный теоретик как Пригожин.[7]

К вопросу об ответственности сознания за исход необычного квантового эксперимента с кошкой Шредингера возвращается автор одного из лучших учебников по квантовой механики Садбери, для которого «цель теории познать окружающий нас физический мир»,[8] а не только предсказание результатов экспериментов.  В эксперименте Шредингера мы рассматриваем суперпозицию {комната; наблюдатель; кошка; радиоактивная частица;} в одном из двух состояниях, в одном, частица не излучает и кошка жива, в другом, распад частицы произошел и кошка мертва. Смысл эксперимента в образном понимании невозможности дать конкретное определение измерению квантовой механики посредством живых или не живых физических предметов, например кошки. Если мы начинаем кошку описывать как волновую функции, то она должна стать суперпозицией двух состояний попеременно и мертвой и живой кошки. Наблюдать кошку в таком смешанном состоянии для нас крайне непривычно, но уравнение Шредингера не оставляет другого выбора, и мы остаемся с его кошкой в замкнутой комнате объективной реальности, продолжая совмещать несовместимые измерения координаты и импульса волновой функций. Поэтому многие учебники по квантовой механики, в том числе и цитируемый Садбери не исключают допустимого эмпирической теорией экспериментального вычисления суперпозиции смешанных состояний, объясняемых проявлением интерференционных эффектов, присущих течению волновой функции.

Противоречие наблюдателя и объекта квантовой механики пытается преодолеть Жирарди, попросту убирая из операциональной процедуры эксперимента сознание субъекта исследования, перенося его на другой уровень системы познания и оставляя ему функции объяснения сущности явления путем построения инструментальной теоретической схемы, включающей объективно наблюдаемые эмпирические закономерности. В такой трактовке человеческое сознание работает как инструментальная подсистема многоуровневой системы познания, которая начинает работать как функциональный элемент на более высоком макроскопическом уровне описания реальности, относительно явлений микромира, наблюдаемых и регистрируемых посредством приборов. Человеческое сознание, приобретающее в системе Жирарди инструментальные функции, развивает саму систему познания, совершенствует научный метод, делает его все более реалистичным, но предмет познания в данной теоретической модели остается в объективной комнате Шредингера и продолжает изучаться как реакция живого и неживого во взаимодействии с потоками энергии. По признанию самого Жирарди, развитая инструментально-эмпиристическая теория «позволяет нам занять реалистическую макро-объективистскую позицию по отношению к природным явлениям. Природа сама вынуждает макрообъекты выбирать между макроскопически различными возможностями, ей не нужен для этого ни наблюдатель, ни акт наблюдения. Роль наблюдателя и его сознания вновь возвращена к той роли, которая по нашему мнению, только и годится для науки: единственный наблюдатель, который существенен, это неодушевленный аппарат, увеличивающий микроявления до макроявлений».[9]

Диалектическая проблема противоречия субъекта познания и реальности познаваемой объективно, существующая на протяжении всей истории науки и в развитии научного метода, особенно обострилось в квантовой механики, эмпирический метод которой не охватывает всей полноты явления волнообразного течения энергии, что становится главной причиной так называемого парадокса наблюдателя Вселенной. Обсуждение диалектического вопроса познания не является тематической задачей в данном разделе настоящего исследования, посвященного системам взаимодействия энергии и гравитации, оно уводит в глубину проблемы человеческого сознания, рефлективно отражающего объективный мир реальности, и понимающего его причинность также в зеркально, в перевернутом отражении. Однако, обострившаяся в научном мировоззрении проблема парадоксального видения квантовых явлений во многом свидетельствуя об изменяющемся подходе к задаче объективации научного метода.

Уравнение Шредингера не было первым описанием квантового мира, совершенно точно отмечает Пригожин, еще в 1912 г. Бор предложил описание взаимодействия между атомами и светом, охватывавшее и законы, и события: энергетические уровни атома задавались «законами», а переходы между уровнями соответствовали событиям.[10] Наблюдаемые в системе атома боровской модели беспричинные и самопроизвольные события квантовых скачков не выглядят как закономерное явление, описываемое во взаимодействии материи и энергии, но тем не менее их было необходимо объяснить общественности каким-то образом, поэтому была выдвинута идея популяризируемого Больцманом описания случайных событий как вероятностных. В результате прямой экстраполяции ошибки Больцмана из термодинамики в квантовую механику, главная идея этой науки не была достигнута как установленная закономерность упорядоченного распределениявещества и энергии, между этими компонентами элементарной системы мира не была найдена причинная взаимосвязь энергоматериального баланса, а наблюдаемые квантовые переходы, не имея убедительного причинного обоснования рассматриваются в вероятностной интерпретации как события случайные, не предсказуемые и не постижимые.

Выдвинутая Бором модель описания закономерного взаимодействия атомного вещества и энергетических слоев, открытого как объективно-истинное знание, в причинном обосновании выглядела как механистическая система, составленная из наборов элементов, но этот квантовый механизм производил беспричинные и бессистемные действия, он мог совершенно  спонтанно и непредсказуемо изменять свое энергетическое и динамическое состояние, совершать неуправляемые и нерегулируемые квантовые переходы, сопровождающиеся необъяснимыми испусканиями энергии. Различные толкования явления квантовых переходов, предлагаемые Бором и его последователями, как правило, сводились к идеи статистической вероятностной интерпретации всех потенциальных возможностей изменения энергетических и динамических состояний. В трудно объяснимых, перегруженных математикой формулировках вероятностной интерпретации особое приоритетное значение придается методам и моделям прогностического описания потенциальных состояний квантовой системы, но непосредственно предмету квантовой системы, при таком толковании, значительно меньше уделяется внимание.

Возникшее в квантовой механике противостояние между сторонниками вероятностной интерпретации научного знания и приверженцами классической детерминистической модели познания занимает центральное место в развернувшейся в научной литературе полемики, дискуссий и споров, часто заканчивающихся драматическими последствиями.  К ситуации фактического раскола в квантовой физике, возникшего в результате имеющих место разногласий между различными толкованиями причинно-следственного обоснования закономерной сущности явления квантового перехода, неоднократно возвращается  Поппер, посвятивший изучению этому вопросу отдельную книгу «Квантовая теории и раскол физики», которая вначале была опубликована как Постскриптум к его монументальному произведению «Логика научного открытия», ставшему вершиной творчества этого выдающегося философа современности.

Произошедший раскол между последователями копенгагенской интерпретации, в числе которых Бор, Гейзенберг, Паули, Борн, Планк и другие имена, составляющие славу мировой науки, и противниками тотальной индетерминации науки, примкнувшими к лагерю Эйнштейна, возглавившего это движение, среди них де Бройль, Шредингер, Дирак, Лоренц, составляющие неполный список выдающихся ученых современности, описывается у Поппера как ситуация исключительно драматичная. Возникшее противостояние между детерминистической моделью описания реальности и теорией индетерминистического вероятностного описания в науке выразилось в острой и беспощадной борьбе двух взаимно исключающих течений научной и технико-технологической эволюции, в которой нет победителей и нет проигравших. В этой борьбе, в этом взаимодействии и противостоянии двух идей рождается система баланса нового направления науки, не исключающего вероятностные модели исследования динамических состояний и ориентированного на получение полного, детерминистически определенного знания, моделирующего сбалансированное состояние реальности, которое изучается как система энергогравитационного взаимодействия. История этой борьбы и противостояния великих идей и научных течений изучается в следующих разделах настоящего исследования.


[1] Diamond J. Guns, germs, and steel. The fates of human societiec. N-Y., London: W.W.Norton & Company, 1999. P. 273. Цит. по кн.: Назаретян А.П. Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории: Синергетика, психология и футурология. М., 2001. С. 118.

[2] Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. М., 2000. С.105.

[3] Там же.

[4] Там же. С. 126.

[5] Больцман Л. Избранные труды. Там же. С.226.

[6] Шредингер Э. Разум и материя. Ижевск, 2000. С.38.

[7] Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М.: 1999. С.155.

[8] Садбери А. Квантовая механика и физика элементарных частиц. М.: 1989. С. 294.

[9] Ghrardi G.C. The Quantum Worldview: Its Difficulties and an Attempt to Overcome Them // Brdging the Gap: Philosophy, Mathematics and Physics. Dodrecht, 1993. P. 175-197.

[10] Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М.: 1999. С.133.

Обсудить на форуме

ЧИТАТЬ ПО ТЕМЕ:

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>